Самая грешная ночь

Вся без остатка, и нашла в нём своё счастье."

"Обосновавшись в Канаде у озера Эри, мы строили свой дом. Место, где появятся на свет все наши дети.

Ричард мечтал о большой семье, и я была безумно рада, когда узнала, что жду близнецов. Двух мальчиков, у которых будет совсем иная, нежели у их отца, судьба.

— Они будут счастливы, Эмма, — шептал муж, осыпая поцелуями мой огромный живот.

— Я уверена в этом, — улыбаясь, отвечала ему в ответ.

И я была действительно уверена, что любимый сделает все, чтобы это стало правдой.

Но, чем ближе приближался день родов, тем мрачнее становился Ричард. Замкнутее, задумчивее. Я не понимала, что с ним происходит. Он держал всё в себе, и когда ночью, не обнаружила его рядом с собой в постели, поняла, что моя тревога была не на пустом месте.

Я нашла его на берегу у озера. Он смотрел на ровную, подсвеченную звездами, водную гладь, находясь полностью погруженным в собственные мысли.

— Ричард, — обняв его сзади, прижалась к нему огромным животом. — Почему не спишь? Может расскажешь, что с тобой происходит? Я беспокоюсь.

Любимый напрягся, словно оказался пойманным врасплох, но потом немного расслабился.

— Страх… — выдохнул он, ласково поглаживая мои руки. — Я никогда его не испытывал прежде. Но сейчас…

— Почему? — спросила его, разворачивая к себе лицом. — Что стряслось?

— Я боюсь, что стану таким же, как все Фостеры и однажды причиню тебе боль.

Услышав его слова, напряжение, которое испытывала последние дни, спало.

Обхватив его лицо руками, улыбнулась.

— Ты не такой, Ричард, — прошептала у его губ. — И никогда не был похож на своего отца, деда, братьев. Ты другой… и будешь самым замечательным мужем и отцом для наших детей. Уверена в этом…

Смотря в его глаза, я видела, какой эффект принесли мои слова. Разглядела огонь, который вспыхнул в его чёрных глазах.

— Спасибо… что ты появилась в моей жизни, что веришь в меня, — произнёс он, с нежностью смотря мне в лицо. — Обещаю, что сделаю всё, чтобы твои слова стали пророческими, — потянулся к моим губам, чтобы запечатлеть на них свой поцелуй, но внезапно я остановила его, пожелав в эту самую минуту сказать, то что должна была очень давно.

— Я тоже хотела поблагодарить тебя, — льнула к нему всем телом, вырисовывая на груди невидимые узоры.

— За что? — удивился он, мягко целуя мои пальчики.

— Что решил избавить всех девушек от той ужасной “Грешной ночи”.

— Давно пора было это сделать, — кивнул он.