S-T-I-K-S. Шпилька

Свои обязанности он выполнял со всем возможным тщанием, и Бриске это было прекрасно известно. Да и эксперименты майора, пусть и были неофициальными, проводились всегда с разрешения полковника, который и сам был весьма заинтересован в их результате. Конечно, сейчас ситуация сложилась нештатная и очень, очень опасная, но это же не повод бросаться необоснованными обвинениями.

Вывод Штайн мог сделать только один — Бриске намеревается всю вину за нападение и собственную к нему неготовность переложить на Штайна.

— Я объявляю эвакуацию базы! — словно в подтверждение домыслов отчеканил Бриске, вновь опускаясь в кресло. — Медики уже готовят биоматериал к транспортировке! Ваша задача — задержать мутантов и ликвидировать доноров и тварей… хотя нет, тварей, пожалуй, просто выпустите, им без разницы, кого жрать, пусть тоже помогут нам задержать этих проклятущих стронгов!

— Что насчёт муров! — не позволяя себе продемонстрировать гнев, уточнил Штайн.

— Вместе с донорами — в расход! — отдал приказ Бриске.

Штайн вытянулся в нарочито образцовой стойке смирно. Спорить смысла не было, но очень хотелось вцепиться полковнику в горло.

— Так точно, сэр! Ещё распоряжения будут?

— Вам и этих хватит! — хлопнул ладонью по столу Бриске. — Выполняйте!

Штайн, щёлкнув каблуками, развернулся и вышел за дверь, не сказав больше ни слова. Внутри же майора раздирало желание прикончить трусливого полковника, который его, Штайна, экспериментами решил прикрыть собственную ленивую задницу.

— Тупой янки, — ничуть не стесняясь, вслух процедил Штайн. — Только и делал, что русских основателей базы всеми правдами и неправдами отсюда убирал. А русские, между прочим, управляли базой намного умнее. Они никогда не считали, что тут безопасно, постоянно устраивали стычки со стронгами, ослабляли их. Засылали разведчиков, пытались даже внедриться. В общем, вели полномасштабную войну, и правильно делали. А этот баран, как только получил единоличную власть, все прос… отменил.

Размышления майора были прерваны грохотом взрыва. Пол под ногами задрожал, под потолком зажглись аварийные красные лампы. И, наконец-то, взвыл сигнал тревоги.