С/с. Том 26

— Неплохая маскировка? — продолжал Гирланд. Он сорвал со щек накладные бакенбарды, затем усы. — Ну как, теперь узнала? — шутливо спросил он.

Тесса медленно опустила пистолет.

— Это вы?.. — она все еще подозрительно смотрела на него. — К чему этот маскарад?

Гирланд подошел к креслу и сел.

— Дорн решил, что так надежнее. Мое прекрасное лицо знакомо Малиху… Так все-таки откуда ты здесь?

Девушка уже полностью вышла из тени и тоже села в кресло. Фонтец недоуменно поднял брови.

— Я — Тесса Кейри. Роберт Кейри — мой отец.

Теперь пришла очередь Гирланда присвистнуть от удивления.

— Что же ты мне сразу об этом не сказала?

— Тогда еще рано было говорить об этом…

— А обыскивать мою квартиру было не рано?

— Я хотела удостовериться, кто вы, — немного смутилась Тесса. — А когда убедилась, что вы именно тот человек, с которым отец поручил мне встретиться, вынуждена была срочно уехать… Энрико вызвал меня телеграммой.

Гирланд был озадачен.

— Отец велел тебе со мной встретиться?

— Да, он не был уверен в Дорне и держал вас как резервный вариант.

— Зачем же ты сюда приехала?

— Я ухаживаю за отцом.

— Здесь один иностранный агент охотится за твоим отцом… Его зовут Малих. Опасный тип. Если он до вас доберется, это очень плохо кончится.

— Отец нуждается в серьезном уходе, — сказала Тесса.

— Что с ним?

Девушка отвернулась, губы ее задрожали.

Гирланд повернулся к Фонтецу:

— Что с ним?

— Мы не знаем, но это очень серьезно. Он тает на глазах, а о докторе не хочет и слышать, — ответил Фонтец.

— Он заперт в маленькой хижине и никуда не может выйти, — сказала Тесса, взяв себя в руки. — Его ищут арабы уже целый месяц… Кольцо поисков постепенно сужается, они все ближе к тому месту, где он прячется.

Гирланд нахмурился. Немного подумав, он спросил:

— Ты не проведешь меня к нему?

— Но вы не можете показаться ему в таком виде, — запротестовала Тесса. — Уж если я вас не узнала, то отец и подавно!

— Дайте мне краску для волос, и через пять минут я буду прежний Марк Гирланд.

— Но до завтра мы не сможем ее достать!

— А я не могу ждать до завтра! Тогда дайте мне шляпу и жженую пробку, и я смогу немного привести себя в порядок, а завтра доделаю остальное.

Гомец вышел из комнаты и вернулся через несколько минут, неся с собой соломенную шляпу и жженую пробку:

— Сначала соскребу усы, — сказал Гирланд. — Где здесь ванная?

Через десять минут он снова вошел в комнату.

— Ну как? — спросил он Тессу; которая, включив люстру, пристально его разглядывала.