С/с. Том 26

3С минуту Херц и я молча разглядывали друг друга. Высунув кончик языка, он провел им по пересохшим губам, напомнив змею, готовую броситься на жертву.

— Вот мы и повстречались, — негромко произнес он. — Ты помнишь меня?

Планируя вторжение в «Клуб мушкетеров», я не рассчитывал, что мне придется иметь дело с Херцем. В худшем случае, полагал я, вышибалы намнут мне бока и дадут под зад коленом. Появление Херца меняло ситуацию в корне.

Не отрывая взгляда от Херца и одновременно наблюдая за Кордецом, я начал двигаться бочком к выходу.

— Что все это значит? — спросил он.

— Его зовут Брэндон, босс, — сказал Херц. — Он частный сыщик, дружок той мрази, которую вчера прикончили.

Кордец равнодушно пожал плечами, обошел стойку и направился к двери с надписью «Администрация». На ходу он коротко бросил:

— Уберите его!

Я оказался один против пятерых; шестым потенциальным противником был сам Кордец, решись он снизойти до расправы со мной.

— Осторожней, — сказал я, перемещая дуло револьвера по полукругу так, чтобы держать под приделом всех сразу. — Не советую подходить, иначе кое-кому несдобровать!

Херц внезапно остановился, будто наткнувшись на стену. Вероятно, он не рассчитывал увидеть оружие в моих руках.

Кордец, шагнувший было в открытую дверь, тоже остановился и с некоторым удивлением посмотрел на меня.

— Я велел тебе убираться, — произнес он. — Чего ты ждешь?

— Пусть эта обезьяна уйдет с моего пути, — сказал я, кивком головы указывая на Херца.

В следующий момент зал погрузился в темноту. Кто погасил свет, я не видел. Возможно, это Гомец решил ускорить ход событий. Послышался топот сорвавшихся с места людей, и я нажал на курок. Оранжевая струя пламени вылетела из револьвера, зазвенело разбитое стекло, и на меня накатилась волна человеческих тел. Я оказался на полу.

Когда я пришел в себя, в зале снова горел свет. Я лежал на спине, и надо мною стояли три гангстера. Один из них держал мой револьвер."

"Челюсть нестерпимо ныла, а голова, казалось, готова была расколоться пополам. Я услышал гулкие звуки шагов, и к трио победителей присоединился Кордец. С трудом приподнявшись, я сел.