С/с. Том 26

Ну, как чувствуешь себя, свободный человек?

— Тебе не понять, ты всего этого не натерпелся. Мне следовало бы сходить к психиатру, может, он объяснит, какого черта я столько времени торчал там. — Он пощелкал ногтем по этикетке: — Долго мы будем любоваться этой красоткой?

Я налил виски и бросил в стаканы по кубику льда. Мы коснулись стаканами, словно боксеры перчатками, и понимающе кивнули друг другу. После малоприятных свиданий с Криди и Кетченом холодное виски оказалось как нельзя кстати.

Закурив, мы устроились поглубже в плетеных креслах, и наши лица озарились блаженными улыбками.

— Неплохо, да? — произнес Фултон от избытка чувств. — Что может быть лучше, чем сидеть в жару на берегу моря и пить хорошее и, главное, холодное виски! О чем еще может мечтать человек? Приятно, конечно, если рядом с тобой красивая женщина, но отдыхать мужчины должны в мужском обществе. И вот почему: женщины много болтают, виски — великий немой. В общем, дружище, мысль у тебя появилась отличная.

Я скромно заметил, что у меня с собой всегда куча отличных мыслей.

— Есть у меня, например, еще одна блестящая идея, — продолжал я. — Неплохо бы попробовать цыплят, которые так аппетитно выглядят на вертелах. Но сначала еще немного примем.

— Согласен. Скажу по секрету, цыплята — это самое вкусное в меню у Сэма. Можно, конечно, отправиться в дорогой ресторан или, скажем, в «Клуб мушкетеров». Там тоже недурственно кормят — одного дохлого цыпленка тебе подадут полдюжины официантов с серебряными вилками и корзинкой с орхидеями.

Но и счет принесут такой, что глаза на лоб повылазят. Здесь, сам понимаешь, почти самообслуживание, но, боже ты мой, до чего вкусно готовят! И дешево, — добавил он и, допив виски, со вздохом поставил стакан. — Я бываю здесь два раза в неделю, иногда со своей девчонкой, но чаще один. И чуть не подыхаю от смеха, как подумаю, что все эти денежные тузы шастают по своим изысканным кабакам, где их обдирают, как липку, а кормят нисколько не лучше, чем в таком заведении, как это. И забавнее всего, что ни один из них ни за что не сунет сюда своего носа. Куда там! Ведь главное — реноме. Не дай бог, приятели, такие же толстосумы, могут решить, что он жлоб или того хуже — недостаточно набит деньгами, а таким в этом городе делать нечего.

Я снова налил в стаканы.

— Но есть одно «но». И почему всегда возникает это проклятое «но»? — сказал он, с досадой качая головой. — Но и у Сэма стало хуже. Год назад сюда приходили простые парни и девчонки, и все было тихо и спокойно.