С/с. Том 26

Он владеет пароходной линией «Грински стар»: целая флотилия танкеров курсирует между Панамой и Сан-Франциско. Компания воздушных такси до Майами — тоже его дело. Но и это еще не все: он заправляет тремя газетами и заводом по производству сельскохозяйственных машин, на котором трудятся всего каких-нибудь десять тысяч мужчин и женщин. Наш легковес — чемпион по боксу — тоже его собственность. Криди совладелец казино «Брюс Грински». гостиницы «Риц-Плаза» и «Клуба мушкетеров» — единственного заведения в Сан-Рафаэле по-настоящему высшего разряда.

Чтобы стать «почетным мушкетером», твой доход должен исчисляться пятизначной цифрой. Но дело не только в этом: если у тебя не голубая кровь, не надейся попасть в его члены. Возможно, у Криди есть и кое-что еще, кроме перечисленного, но в общем, я думаю, ты получил достаточное представление.

— Криди живет в городе?

— Он не так беден, чтобы дышать парами бензина, смешанного с ароматом нагретого асфальта. У него особняк на побережье залива Тор-Бэй. Если ехать прямо по берегу, то отсюда будет не больше пяти миль.

Маленькая такая хибарка с двадцатью пятью спальнями и бассейном, где вполне способен разместиться ударный авианосец. Чтобы не скучать, хозяин распорядился построить шесть теннисных кортов и разбить зоосад со львами и тиграми. Сорок человек прислуги ежедневно готовы разбиться в лепешку; чтобы ему угодить. Обзавелся Криди и частным портом, совсем крохотным, который только-только и вмещает яхту-игрушечку водоизмещением в каких-то четыре тысячи тонн.

— Наш богач женат?

— Конечно. — Гривс брезгливо сморщил нос. — Помнишь Бриджит Бленд, кинозвезду? Так это она.

Я смутно припомнил, что видел эту красотку однажды в каком-то чепуховом фильме. Если мне не изменила память, года четыре назад на фестивале в Каннах она произвела маленькую сенсацию, торжественно въехав на лошади в вестибюль отеля «Мажестик» в одной прозрачной накидке. Бросив вожжи изумленному клерку, наездница слезла с коня, вошла в лифт и скрылась в своем пятикомнатном номере.

Бриджит Бленд снималась в кино года два, потом неожиданно исчезла. По сведениям, просочившимся в печать, она славилась чрезвычайно необузданным нравом и склонностью к эпатажным выходкам.

— Что у тебя может быть общего с Криди? — спросил Гривс заинтересованно.

— Ничего, — ответил я. — Это имя как-то упомянули при мне, и я заинтересовался, кто это такой.

Гривс посмотрел на меня еще раз, задумчиво кивнул и вышел.

Оставшись один, я вытянулся на кровати и закурил.