С/с. Том 2

Наконец он пришел к выводу, что, несмотря на риск, он все же должен взглянуть на завещание миссис Морели-Джонсон. Возможно, это подскажет ему планы Шейлы. Если он будет знать в точности, какой доход оставила ему старая леди, это даст ему возможность принять правильное решение, когда Шейла изложит свои требования. Он понимал, что, если он отвергнет требования Шейлы и та обнародует запись, он потеряет не только работу в банке, но и миссис Морели-Джонсон перепишет завещание. Вновь холодный сибирский ветер дунул ему в лицо, когда он подумал об этой возможности.

"Вернувшись через полчаса в банк, Петтерсон вытащил из ящика фирменные бланки отеля «Плаза-Бич», которые всегда были у него под рукой, так как постоянно требовалось писать письма за старую леди, а ей относить бумаги только на подпись. Петтерсон написал следующий текст:

«Дорогой мистер Петтерсон.

Я стала настолько забывчивой в эти дни, что даже не могу припомнить некоторых пунктов моего завещания.

До скорой встречи.»

Он поставил дату, перечитал написанное еще раз и остался удовлетворен. У Фэллоуза не должно возникнуть никаких подозрений. После этого он подошел к шкафу и вынул бумаги миссис Морели-Джонсон.

На подбор бумаг, на которых старая леди должна была поставить подпись, ушло двадцать минут. Он вынул свое письмо между другими бумагами, положил все и папку и после этого позвонил в отель «Плаза-Бич».

Дежурная телефонистка соединила его с пентхаузом, и трубку подняла Шейла. Петтерсон сделал все возможное, чтобы говорить спокойным тоном.

— Это Крис Петтерсон. Добрый день, мисс Олдхилл. Вы не могли бы спросить миссис Морели-Джонсон о возможности заехать в течение получаса на пять минут. Мне нужно, чтобы она подписала кое-какие бумаги.

— Хорошо, минутку, мистер Петтерсон, — сказала она равнодушным тоном.

— Уже еду. — Он положил трубку и взглянул на папку. Сердце его взволнованно забилось. Итак, он вдет па подлог! Это он прекрасно понимал. Но над ним повисла реальная угроза шантажа, так что приходилось идти на риск. Это он тоже хорошо понимал!

Через двадцать минут он уже нажимал кнопку звонка в пентхаузе. Дверь открыла Шейла.