С/с. Том 2

— А дочь? Она подозревала, что происходит?

— Нет. Мюриэль не хотелось, чтобы дочь часто бывала у нее. Она мечтала увезти Норену в Вест-Индию на каникулы, но у нее не было денег, а Джонни не собирался ее поддерживать.

— Ты был ее другом… А почему ты не поддерживал, Тикки?

— Я предлагал ей как-то… Она не смогла заставить себя взять у меня деньги.

— Это почему же? Ты ее лучший друг, не так ли? Единственный человек, который в курсе всех ее дел.

Эдрис задумчиво посмотрел на Хесса:

— Мюриэль была уверена, что я нуждаюсь в деньгах больше, чем она.

Хесс фыркнул:

— Неужели она никогда не говорила, что ей жаль тебя?

— Да, говорила.

— А ты в это время копил денежки вместо того, чтобы ссудить ей некоторую сумму, Тикки?

— У меня не так много денег, чтобы копить их.

— Ну-ну, продолжай. Своими хитрыми трюками ты пытаешься запудрить нам мозги. Я же даю тебе великолепную возможность в этом поупражняться.

Бейглер с раздражением произнес:

— Кончай, Фред.

— Не знаю, не знаю… — Хесс приблизил свое лицо вплотную к Эдрису. — Неужели Мюриэль не намекнула тебе, что прикончила Уильямса?

— Нет."

"Хесс начал разворачивать сверток, где лежал револьвер.

— У нее было оружие, Тикки?

— Не знаю… Может быть…

Хесс задумался, спрятал револьвер и поднялся.

— А, может быть, это сделал ты?

— Нет.

— У тебя есть что-нибудь к нему?

— Нет! — Бейглер тоже поднялся на ноги.

— Тогда пора уходить.

И оба детектива направились к двери.

— Спасибо за кофе, — у самой двери поблагодарил Бейглер.

— И смотри, береги свое рыльце, — добавил Хесс.

И они вышли, хлопнув дверью.

Несколько минут Эдрис сидел, не шелохнувшись. Лицо его налилось кровью, глаза сверкали, а короткие пальцы вцепились в ручки кресла. Эдрис был в ярости.

Немного позднее, когда его часики показывали четверть восьмого, он поднялся с места, подошел к телефону и набрал номер. В ожидании, пока его соединят, закурил сигарету.

— Грэхемская общеобразовательная школа.

— Я хотел бы поговорить с доктором Грэхемом. Дело не терпит отлагательств.

— Кто говорит?

— Мое имя Эдвард Эдрис. Дело касается Норены Девон, одной из учениц.

— Подождите немного.

Эдрис затянулся и выпустил дым через ноздри. Через несколько минут мужской голос произнес:

— У аппарата доктор Грэхем.

— Доктор, это Эдвард Эдрис. Я друг семьи Девон. Норена хорошо знает меня.