Казачий крест

– Ну, пусть так, – вздохнул мастер, махнув рукой.

Допив чай, Матвей почувствовал, что глаза начинают слипаться, и, пожелав всем доброй ночи, отправился на свою половину. Теперь, когда пристройка была полностью готова и почти обжита, ночевать он предпочитал только там.

Утром, умывшись и приведя себя в порядок, парень отправился в кузницу. Раз уж слово было дано, значит, нужно было его сдержать. Отобрав из кучи железного хлама подходящие куски, парень растопил горн и взялся за дело.

К вечеру две заготовки для метательных ножей уже были готовы.

Григорий, заглянув в кузню, некоторое время понаблюдал за его работой и, одобрительно хмыкнув, отправился по своим делам.

Чем ближе подходил срок ярмарки, тем больше непонятных вопросов решал мастер. Что там и к чему, Матвей даже не пытался вникать. Не по возрасту, да и не по чину. Живя в доме родителей, он всё ещё находился в их власти. Даже несмотря на то что стал полноценным бойцом и писался в реестре как серьёзный пластун.

Вообще все эти записи для него так и остались тёмным лесом.

По всему выходило, что казаков вносили в реестр дважды. Первый раз – как возможного кандидата, и второй после сдачи экзамена. Уже как полноценного бойца. Во всяком случае, иного объяснения всем этим высказываниям Матвей не находил. Закончив работу, парень загасил горн и отправился домой. Быстро поужинав, он завалился спать, чтобы с первыми лучами солнца снова вернуться к работе.

Чтобы отковать десять метательных ножей, Матвею потребовалось четыре дня.

Дальше пошла полировка и заточка. Выйдя с готовым оружием во двор, Матвей проверил ножи на баланс. Воткнув все десять в свою мишень и убедившись, что ножи получились не хуже его собственных, отправился искать отца. Как оказалось, Григорий занимался подготовкой к поездке на осеннюю ярмарку, обходя соседей и выясняя, кто ещё собирается туда ехать.

Но прежде всю станицу ожидала уборочная страда. Хлеб почти поспел, так что впереди был почти месяц каторжного труда. Особенно с учётом того, что делать всё им приходилось вдвоём с отцом.

Один косит, а второй снопы увязывает. К тому же ещё предстояло накосить достаточно сена для скота. И все эти вопросы были не менее важны, чем оружие и служба.

Ведь голодным много не навоюешь, а кормить казаков никто никогда не собирался.

* * *"

"На ярмарку собирались долго и старательно. Григорий, вняв уговорам Матвея, решил ехать на торг двумя экипажами. Заодно и товару побольше взяли.