Рваные валенки мадам Помпадур

– Ты уверена, что хочешь это знать? Иногда лучше не рыться в прошлом родственников – ненароком вытащишь из могилы оборотня. У меня нет желания поссорить тебя с Изабеллой Константиновной.

– Даже если Белка продала врагу все государственные секреты, моя любовь к ней не станет меньше, – твердо произнесла я. – Не льсти себе, у тебя не получится нас расколоть.

На лбу Ивана прорезалась глубокая вертикальная морщина.

– А если ты выяснишь, что Белка всю жизнь тебя обманывала?

– Для тебя хозяйка «Кошмара» – не Белка, – сурово сказала я, – мою бабушку зовут Изабелла Константиновна.

Усек?

– Угу, – кивнул Ваня, – понял. Ладно, расскажу, но чур без обид! Не очень-то я хотел вываливать перед тобой некрасивую историю.

– И поэтому приперся посреди ночи в мою спальню? Ты трясешься от желания ее рассказать, – возмутилась я, – вот и начинай!

Иван оперся ладонями о колени.

– Иес, слушай.

Родство Вани и Миши – не из самых близких, они, как уже говорилось, сыновья двоюродных братьев. Но отцы мальчиков дружили и жили в соседних квартирах, на одной лестничной клетке, что сделало их отношения еще более крепкими.

Зина и Николай, родители Вани, обожали природу, часто ходили с приятелями в турпоходы, пели песни под гитару, сочиняли стихи. Андрей, отец Михаила, разделял увлечение родственников, никогда не упускал возможности взять рюкзак и поехать, допустим, в Долину гейзеров. Таня, его жена, не испытывала страсти к путешествиям, предпочитала оставаться дома, но никогда не ограничивала мужа. Когда Ване и Мише исполнилось по четыре года, Зина, Николай и Андрей укатили летом в Грузию – их пригласил на свадьбу один из друзей. Мальчики были еще слишком малы, чтобы принимать участие в застолье, а Таня привычно отказалась поехать. Впрочем, в тот раз, кроме нежелания тащиться в поезде в плацкартном вагоне, а потом петь, плясать и веселиться в шумной компании, у нее была веская причина не покидать Москву: ее мать, Кристина Петровна, сломала ногу и требовала постоянного ухода.

Из грузинского села никто в Москву живым не вернулся.

С гор сошел селевой поток и похоронил деревушку под слоем грязи. Кристина Петровна и Таня взяли к себе Ваню и стали воспитывать двух мальчиков."

"С раннего детства Иван знал: его отец виноват в смерти Андрея и Зины. Бабушка Кристина почти каждый день повторяла: «Умирать мне пора, но как сирот бросить? Погибнут они без присмотра. А все Николай! Он жену научил из дома уезжать, внушал ей: «Человеку нужна свобода, самовыражение в творчестве».