Руль

Крохотная камера быстро заполнилась ароматом рвоты, и я едва сдерживал прыгающий желудок, чтобы не добавить своих харчей. Но на этом мои страдания не закончились. Буквально через минуту тяжёлая металлическая дверь распахнулась, и на пол плюхнулась мокрая тряпка.

— Убрал! — коротко приказал надзиратель и захлопнул створку."

"На тряпку я лишь покосился. Хрен им по наглым рожам, пусть сами вытирают. Мне и так досталось, до сих пор все потроха болят. Прошло ещё минут пять, прежде чем дверь снова открылась. На этот раз в камеру вошли двое и как следует огуляли меня палками по спине.

Все претензии к ним мгновенно улетучились, и я под чутким присмотром начисто вымыл пол.

— Прости, — простонала Гюрза и снова вывернула желудок.

Пришлось опять браться за тряпку, благо надзиратели её не забрали.

Кормить нас, похоже, не собирались. А может, просто время тянулось как резина и мне казалось, будто ночь почти на исходе. Все наши вещи были конфискованы, даже шнурки из ботинок забрали, видимо, опасаясь попытки суицида.

Но, насколько я уже понял, в Мешке подобные хлюпики дохнут в первые дни, а те, кто продержался хотя бы чуть больше недели, будут драться до последнего вздоха. Вот такая здесь жёсткая политика отбора. И нет ничего удивительного в том, что в конце концов каждый, попавший сюда, становится крепче стали, из которой сделаны мосты вездеходов.

Покончив с уборкой, я уселся на нары к Гюрзе и откинулся на стену, положив её голову к себе на колени. Девушка продолжала лежать с закрытыми глазами, но не спала.

Так она легче переносила тошноту. Да уж, получить по колпаку прикладом — не шутка, особенно с дикого похмелья.

— Может, расскажешь? — спросил я.

— О чём? — уточнила Гюрза.

Я специально поставил вопрос таким образом, чтобы она вступила в диалог.

— О том, что нам предстоит. Я уже не раз слышал о бойцовских ямах, но так и не удосужился их посетить.

— Да и делать там нехрен, — буркнула она. — Кровь и вонь от порванных кишок.

— Эй, а можно чуть поподробней? У нас есть хоть какой-то шанс выжить?

— Если ты сможешь порвать тварь голыми руками.

— Стоп! Что⁈ — Я аж подпрыгнул, заставив Гюрзу застонать. — Какого хрена⁈ Разве это справедливо⁈

— А всем насрать.

— Нет, я понимаю, но с голыми руками⁈ Это же сто процентов смерть!

— Тебе дадут выбрать дозу пыли, — немного скрасила предстоящее она.

— Кому-нибудь удавалось побеждать?

— Угу, — осторожно кивнула девушка. — И ты его знал.

— Мосту?

— Да.

— И как он это сделал?

— Перегрыз синей твари глотку.