Роуз и тайна магии

 – Изабелла – то есть мисс – ваша гувернантка разрешит вам пойти гулять одной с Фредди? Без нее?

– Если ее должным образом убедить… – сказала Изабелла, и ее личико приняло волчье выражение в предвкушении.

– А как же ты? – нахмурился Фредди. – Нам с Изабеллой еще разрешат пойти гулять, но не с горничной же.

– Даже если мисс Изабелла попросит? Разве мы не можем пойти на охоту за жуками? Я могу понести сетку или что-нибудь такое… – Роуз посмотрела на них с надеждой.

– Пикник! Она может нести корзинку, Фредди! – Изабелла запрыгала на стуле.

– Вам придется посадить меня в корзину, – вставил Гус страдальческим голосом. – Роуз еще можно вытащить из дома, но только не меня. Обязательно сделай сэндвичи с рыбным паштетом, Роуз.

– И без рыбного паштета тоже, а то, когда мы доберемся до парка, ничего уже не останется, – добавила Изабелла.

* * *– Сидеть в кустах – ниже моего достоинства, – пожаловался Гус. – А этот куст еще и мокрый.

– Ш-ш-ш, – зашипели хором Фредди и Роуз.

– Ох, да замолчите уже, – прошептала через плечо Изабелла. – Хотите, чтобы вас все услышали?

– Ты не потерялась, милочка? – Рядом со скамейкой, на которой они расставили свою ловушку, остановилась маленькая старушка. Изабелла сидела одна и выглядела совершенно безутешной – вышло очень правдоподобно.

Им, правда, не пришло в голову, что другие, ни в чем не повинные люди могут попытаться помочь Изабелле. Вся компания подозрительно уставилась через листья на старушку, но та не была похожа на похитительницу, скрытую личиной.

– Нет, у меня все в порядке, спасибо, – твердо ответила Изабелла.

– Но уже темнеет, дорогая. Неужели ты здесь одна? С тобой должна быть мама или гувернантка… – Старушка огляделась, словно надеялась, что мама Изабеллы возьмет и выпрыгнет из кустов.

Изабелла посмотрела через плечо на Роуз и Фредди и беспомощно пожала плечами.

– Что делать? – прошептала она. Старушка тем временем уже пыталась привлечь внимание проходившего вдалеке полисмена зонтиком.

– Ох, ради бога, – пробормотал Гус, и Роуз почувствовала, как его маленькое тельце увеличивается, а мягкий белый мех, который она поглаживала, становится грубее.