Ромашка (СИ)

Из гостинной шло две двери: в спальню, и в коридор. Вдоль по коридору обнаружились еще 4 двери: на кухню, в туалет, в ванную комнату и в саму спальню. Обстановка оказалась простенькой: из дешевых пород деревьев и самого обычного камня, но с использованием современных магических достижений."

"— Вот тут будете жить. Располагайтесь. Отдыхайте. Еще несколько клиентов за заказами прибудут, а потом я смогу и закрыться, сходим в целительский корпус, и я покажу где рынок, где площадь. О! У нас тут такое, такое! Двух сильфов поймали в последней стычке, завтра казнить будут.

Людям развлечение. Да, такое не часто бывает. Они лучше погибнут, чем у в руки дадутся! Да-да, гордые, просто ужас, какие гордые. А презрения! А гонора! Но вы не ходите, не ходите, я хоть и травник по большему счету, а сам, как подумаю об очередной ушедшей жизни, сердце кровью обливается. Все-все, не утомляю, через пару часов зайду, будьте готовы!

С этими словами словоохотливый лысый шарик выкатился на лестничную площадку.

— Все что угодно, только не казни. — Проговорила Нила, опускаясь на диван в гостиной и вытягивая натруженные ноги.

Она старалась не смотреть на эльфа, понимая, что ему сейчас не до разговоров и, возможно, даже не до чужого сочувствия.

— Диритэй, а подай ка мне сумку, что купец оставил, любопытно, аж страх, что там.

— Любопытна, как и все женщины, — усмехнулся эльф, старательно пряча тревогу, злость и грусть, вызванные новостями, в глубине глаз.

За прошедшие пять дней что-то изменилось в их отношениях.

Нила воспринимала эльфа, как равного. Он же стал относиться к ней более открыто, с лица исчезла маска безразличия, взгляд искрился эмоциями. О магическом договоре напоминала только метка на плече эльфа.

— Давай, давай, не томи. — Все еще улыбаясь, Диритэй, принес сумку и помог расстегнуть несколько крупных пуговиц вдоль тряпичного края.

Нила заглянула в нее и ахнула.

— Платье, какое платье! И плащ, теплый. Диритэй, ты только посмотри!

Изумительное теплое платье, простого покроя, но такого глубокого зеленого цвета, что казалось живым, Нила поднесла к себе, прикладывая сверху на дорожное и покружилась.

Рассмеялась, запрокинув голову. И была так прекрасна в этот момент, что у Диритэя заныло в груди. Не его.

— Это надо сразу развешать! — Воскликнула девушка и унеслась в спальню, прихватив с собой и плащ.

Два часа пролетели незаметно. Казалось, едва успела Нила освежиться и переодеться, как в двери постучали.