Ришик или Личная собственность медведя (СИ)

Она надеялась, что Лёшка ей поможет, найдет выход из этой ситуации, разберется со всем этим. Вряд ли она отчетливо это осознавала,скорее надеялась на такой исход в глубине своей души, сама того не понимая.

Да, Шут обычно делал то, что просила Арина - ну не мог он ей отказать!

Но теперь, да еще и в таком деле... Хрена с два он останется стоять в стороне и пойдет на поводу у ее желания!

И если еще пару месяцев назад Алексей бросился бы на разборки, особо не задумываясь о последствиях и плане действий, то какой-то месяц обучения и стажировки в таком месте, как «Максимус», изменил его восприятие и мышление почти до неузнаваемости.

Кажется, есть у него одна мысля, кто может ему помочь, и подскажет, что конкретно нужно делать...

Соскочив с подоконника, Шут убедился, что измученная морально и физически девушка крепко спит и вышел в коридор, плотно притворив за собой дверь, попутно доставая телефон из кармана.

Оставалось только надеяться, что этот человек сейчас окажется один и в зоне доступа.

А там уже, как говорится, будем посмотреть.

***

Утро встретило меня гудящей головой и абсолютно разбитым состоянием.Глаза опухли и сразу не открывались, виски покалывало, мешая сосредоточиться и понять, где я вообще оказалась. Спустя пару долгих минут, наконец, пришло осознание - я в комнате Шута...Слава богу...

Вчерашние события сейчас плохо поддавались воспоминаниям, если честно. Смазанные отрывки, расплывчатые образы, нечеткое осознание случившегося - вот и всё, что ощущалось вместе с опустошением в душе.

Но, стоило только сесть, как к расклеенному состоянию добавилась сильная боль в спине.

Воспоминания вернулись сразу вместе с ней, но... Слез уже не было.

Замотавшись в одеяло, осторожно встала и направилась в сторону коридора, чувствуя, как меня пошатывает от слабости. И даже не испугалась, услышав на кухне громкие голоса, переругивающиеся между собой. Первый принадлежал моему соседу, а второй.

Я почти даже не удивилась, когда его услышала."

"На небольшой кухне было накурено, требовательно свистел чайник на газовой плите, и в голос, особо не сдерживаясь, откровенно ругались два Алексея...

И оба резко замолчали, стоило мне только неуверенно перешагнуть порог.

- Ну, здравствуй, здравствуй, Риша, - расплылся в пакостной улыбке мой преподаватель, медленно поднимаясь со скрипучего деревянного стула, на котором сидел.