Иллюзия греха

Недобросовестного продавца можно убить за обман или иным каким образом наказать, это сколько угодно, не возбраняется, но деньги свои требовать покупатель не имеет права. То есть имеет, конечно, но это не принято. Раньше Кастор так себя не вел. Уж сколько секретных документов, добытых за огромные деньги, хитростью, подкупом и шантажом, Аякс ему переправил, и ни разу не встал вопрос о том, чтобы вернуть деньги, если ливийские специалисты не смогут на основании этих документов построить ракету или сделать какой-нибудь прибор.

Не смогли — это их проблемы, значит, физику плохо знают, грамотешки маловато. Но никогда Кастор не высказывал сомнений в честности Аякса и не подозревал, что ему подсовывают туфту. Или подозревал, но по каким-то причинам молчал? А теперь вот вылезло...

— Что вы имеете в виду, говоря, что в ваших условиях методика может не сработать? Вы хотите сказать, в неумелых руках? — саркастически осведомился Аякс.

— Я хочу сказать, что в моей стране и климат, и генофонд существенно отличаются от тех, в которых была разработана ваша методика.

Если, конечно, она действительно была разработана, — не удержался от колкости Кастор. — Поэтому для нас она может оказаться бесполезной. Разве вам это не приходило в голову?

— Методика основана на радиоактивном облучении плода, когда он находится еще во чреве матери, — пояснил Аякс. — Насколько мне известно, воздействие радиоактивности не имеет больших отличий в разных климатических зонах и не зависит от расовой и тем более национальной принадлежности облучаемого объекта.

— Что ж, посмотрим, — равнодушно отозвался Кастор. — Подождем, что скажет Поллукс."

"По его непроницаемому лицу Аякс не смог увидеть, заинтересовался ли ливиец предложением. Впрочем, Кастор всегда вел себя именно так, невозмутимо, спокойно, чуть брезгливо, словно делал Аяксу огромное одолжение тем, что принимал его услуги. Аякс воспринимал это без раздражения и не обижался.

Он очень давно сотрудничал с различными мусульманскими организациями. Собственно, сотрудничество это досталось ему как бы в наследство от отца, который, будучи русским по происхождению, принял мусульманство исключительно в знак протеста против ненавистной ему советской действительности. Он много лет работал в Средней Азии и в период афганской кампании активно занимался контрабандой оружия в пользу ближневосточных стран.