Японская война 1904. Книга четвертая

Мой человек следит за ситуацией в Санкт-Петербурге… И, несмотря на все наши статьи, того удачливого русского генерала до сих пор не сняли.

— Рассматриваете это как личное оскорбление?

— Возможно… — Херст закурил.

— Тогда я вас еще обрадую. В знак нашей дружбы, — гость вытащил из кармана конверт. — Это копия, оригинал достать не получилось даже за деньги, но, думаю, вам стоит узнать заранее.

Херсту пришлось встать из-за стола, чтобы взять конверт и вытащить из него сложенный несколько раз лист бумаги и четыре фотокарточки.

— Медленно поднимите руки ладонями вниз. Сначала коснитесь лба, потом вытяните их вверх… — Херст рыкнул. — Это же почти салют Беллами. Они переделали жест верности флагу в символ сдачи! Когда народ на улицах прочитает это, русских порвут!

— Думаете, их? — спросил гость.

Херсту пришлось выдохнуть, взять себя в руки и подумать. И чем больше он представлял последствия этой бомбы, тем меньше они ему нравились.

— Не русских порвут, плевать на них. Нас порвут, меня. За Готорна, за японцев, которые наверняка не имеют об этом ни малейшего представления.

— Не имеют. Думаю, их дипломатов будет ждать сюрприз на следующей неделе.

— Значит, у меня есть всего неделя, чтобы нанести ответный удар, — Херсту хватило увиденного и одной минуты, чтобы понять, кто его враг.

На губах Уильяма мелькнула злая усмешка, и последнее, о чем он думал в этот момент, так это о том, что именно он и нанес первый удар в этой войне.

* * *Вот уже две недели они ездили по китайским городам как напоминание о силе, что стоит за всеми русскими грузами. И вроде бы сработало. Железо, еда, ткани, какое-то угольное масло — все, как и раньше, продолжало ехать в Инкоу и меняться на твердые русские рубли.

— Как ты думаешь, разве можно найти хоть какие-то следы англичан или немцев, если мы в каждом городе задерживаемся дай бог на пару часов? — Казуэ с обидой посмотрела на брата, словно он тоже был виноват в том, что у нее пока ничего не получалось."

"— Неа, — Сайго опять что-то жевал.