Разводимся! Моя на тридцать дней

трек Artik & Asti –«Так было (здесь и сейчас)»

Глава 11

Матвей

- Где шлялся полдня? – вместо приветствия хватаю Глеба за шкирку и затаскиваю в свой кабинет. – Света, у нас совещание! Не беспокоить! Никого не пускать! – рявкаю на любопытного администратора, что с опаской выглядывает из-за колонны.

- Д-да, к-конечно, Матвей А-а-а… - блеет она, заикаясь, и тужится произнести мое отчество, но я с грохотом захлопываю дверь.

Поворачиваю ключ в замке. Дважды. До упора. Чтобы никто не мешал мне убивать бывшего друга. С пытками и особой жестокостью.

- В смысле, где? – как назло, подает он голос. – Ты же сам отправил меня в…

Закончить фразу ему не позволяет мой кулак, который независимо от тела и сигналов мозга, сам влетает в небритое удивленное лицо, по касательной проходится по скуле, оставляя обручалкой царапину, и замахивается, чтобы вмазать еще раз. Однако разрезает воздух, потому что после первого удара Глеб шлепается на задницу. Смотрит на меня снизу вверх с нескрываемым шоком, хлопает губами, не произнося ни звука, и потирает щеку ладонью.

- Ты совсем инфантильный, Глеб? – рычу на него. – Я тебя управляющим в ресторан нанимал, а не клоуном в цирк Шапито. Ты ничего не перепутал? Студенческие годы вспомнил?

- Прости, Мэт, - капитулирует, поднимая руки. – Только скажи хоть, за что? Что я сделал не так, а? – изображает недоумение. Или правда не понимает? Шутник хренов!

От злости опять заношу кулак, но Глеб и не собирается защищаться. А лежачих не бьют. Выругавшись, разочарованно отмахиваюсь.

- Да черт! – прячу руки в карманы, упираюсь пальцами в ткань, настороженно ощупываю содержимое. Вроде бы, пусто. Невольно вспоминаю наш романтический вечер с Ксюшей, ее находку – и брезгливо вытаскиваю ладони. – Черт! Черт! Черт! – луплю по столу так, что документы разлетаются.

Покосившись на ошалевшего, перепуганного Глеба, падаю в кожаное кресло.

Я ведь хотел сначала поговорить с ним, выяснить, кому принадлежит этот дебильный розыгрыш с презервативом, заставить его во всем признаться, а потом уже - бить и увольнять.

Жена проигнорировала все мои звонки, хотя не должна быть занята. Все тренировки у нее после обеда, когда малышня освобождается из школы. Я даже у Ромки Царева, моего друга и ее босса, уточнил расписание.