Разводимся! Моя на тридцать дней

- Может, хватит решать за меня, предсказатель? – недовольно выдыхает мне в лицо и упирает руки в бока. Она права, но уже поздно. - Если ты так хорошо меня знаешь и так сильно любишь, тогда почему мы разводимся?"

"- Наверное, потому что я идиот, - спрятав ладони в карманы, нервно переминаюсь с пятки на носок. - Послушай, ты ведь должна понимать, что ничего не было. Я сам удивился, когда застал Гулю в квартире. Забрал все сумки и уехал к матери, чтобы из первых уст выяснить, какого хрена происходит. В итоге оборвал с ней все связи.

- Правда? – подтаивает жена. Лед трескается. – Я не хотела бы, чтобы у тебя были проблемы с матерью из-за меня.

- Не из-за тебя. Она сама виновата. Я предупреждал ее об этом, - чеканю строго. - После больницы сразу же примчался к тебе. Я при всем желании ничего бы не успел с Гулей сделать.

Имя бывшей срабатывает как детонатор. Ксюша взрывается.

- А, то есть желание было?

- Не придирайся к словам.

- Теперь ясно, почему ты вдруг набросился на меня в туалете. Я еще подумала, что нелогично: то не подходишь ко мне и ничего не хочешь, то вдруг такой голодный и неудовлетворенный. Вот, значит, в ком причина, - прищуривается, выпуская в меня миллиард огненных стрел. – Ностальгия накатила с Гулей?

- Чушь. Я всегда тебя хочу. Только тебя.

- Ты не спал со мной все это время, - тычет пальчиком мне в грудь, а сама краснеет, застыдившись того, что произнесла вслух.

- У меня были на то причины, - нерешительно произношу.

- От чего? – отталкивает. Закрывается. И добивает резкой фразой: - Неужели на стороне тебя чем-то наградили?

Понимаю, что не готов говорить ей о своей проблеме. Не могу – и все тут. Ступор. Слишком колючая Ксюша сейчас. Ни одному слову не поверит.

- Неважно, - устало шепчу. - Переодевайся, я подвезу тебя в «Царь-спорт».

- Гулю свою подбрось. Прямиком в ЗАГС, - бубнит по пути в комнату.

«Один из которых я бездарно просрал», - добавляю мысленно.

Доставив Ксюшу в спортцентр, провожаю любимую тоскливым взглядом. Сбрасываю очередной входящий звонок от Глеба – и вместо ресторана разворачиваю автомобиль в сторону юридической фирмы. Надеюсь, Воскресенский успел выяснить хоть что-то по поводу сообщений. У меня завязаны руки, пока я не знаю врага в лицо.

* * *

- Здравствуй, Константин.