Развод. Точка. Нет

Немного позже я отправила ему в Телеграм сообщение: «У меня хорошая новость» и несколько сердечек с поцелуйчиками, он тут же ответил мне: «Спи. Не жди меня. Много работы. Целую».

Утром я проснулась в седьмом часу, Кир ещё не вернулся.

Приблизительно через час пришло сообщение от Голубева: «Я под твоими окнами, через сорок минут нас ждут в автосервисе».

Интересно, откуда у Макса мой адрес, вроде бы я не говорила. Хотя чему удивляюсь, когда надо, он из-под земли найдёт.

* * *Помню, сразу после выпускного вечера я сбежала к бабушке в деревню: перевести дух, да и вообще, давно обещала ей, а то уеду учиться, когда ещё доведётся встретиться?

Кого я совсем не ожидала встретить возле бабушкиной усадьбы через пару часов после приезда, так это Голубева.

Откуда он узнал, где я, до сих пор не знаю. Но к родителям с этим вопросом точно не обращался, они бы предупредили.

Он приехал на мотоцикле друга и остановился возле ограды, я в это время развешивала бельё, постиранное бабушкой. Макс тихо свистнул, я обернулась.

— Лерчик, надо поговорить, выйди, пожалуйста.

Я не хотела видеть ни Макса, ни Кира, особенно Макса, наверное, потому и решила на время скрыться в родных пенатах.

Но понимала: упёртый Голубев так и будет здесь стоять, ни на шаг не сдвинется, если не поговорим.

Зачем позориться ещё и перед соседями? Пришлось выйти за ограду.

— Чего тебе?

— Прости меня, я так виноват. — Он подошёл ко мне близко-близко и положил на плечо руку, которую я тут же сбросила.

— Да? И в чём же виноват?

Макс усмехнулся и, подняв голову вверх, с одинаковой интонацией, как перед учителем в школе, пробубнил всё предложение:

— В том, что испортил тебе праздник, который бывает раз в жизни.

— А чего лыбишься? Потому что испортил?

— Нет, просто это такая самозащита. Поверь, я всю ночь не спал, так переживал из-за той дурацкой драки. Это Милка виновата, наболтала чёрт — те что о тебе. Сказала, ты влюбилась в Краснокутского. — Что-то такое я и подозревала. Неймётся «подруге», так и мечтает нас с Максом рассорить, заодно настроить Краснокутского против меня.

— Мне не нравится, что ты так легко поддаёшься чужому влиянию. Это неправильно.

— Понимаю, потому обещаю: такого больше не повторится. Простишь?

— Не знаю, Макс, это ужасно: всё было на глазах учителей, родителей, одноклассников. Позор просто.