Я - твое наказание

— Надо было брать с собой Руслана. С ним тебе было бы комфортно, да?

— Ну можно было и с ним, но раз ты здесь, ты тоже сойдешь. Хочешь, помогу тебе отмыть голову от птичьей какашки?

— Для начала хочу, чтобы ты пальцы и ногти привела в порядок.

— А они в порядке. Это такая маска для рук из свекольного сока и моркови.

— Шикарная маска.

— Дай я тебе все-таки помогу.

Достаю влажную салфетку и тянусь к нему на носочках. Так хочется спросить за что он накормил брата снегом, но вместо этого ляпаю первую пришедшую на ум мысль.

— А может, просто выстрижем этот кусик?

— Ну да, это же моя мечта — ходить лишайным.

— Ну, может быть, сейчас так модно.

— Вперед и с песней. Тебе пойдет. И не забудь рядом с лишайными пятнами сделать пряди голубых и розовых волос. Чтобы уж наверняка всех покорить.

— Обязательно сделаю. Что-нибудь еще?

— Еще можешь сбрить брови, сейчас, говорят, тоже так модно.

— О, этого не знала. Спасибо за совет. Как раз на днях встречаюсь со стилистом. Все, теперь ты чистый. И скоро будешь еще богаче.

— А то. Моя будущая супруга то еще богатство. Пойдем, трусиха.

Хотелось бы возразить, вот только по факту нечего. Трусиха. В момент, когда Вадим берет мою ладонь в свою, испытываю самое что ни на есть облегчение.

Все оказывается не так плохо, как могло показаться. Или сестрица притворяется доброжелательной, как это и положено у богатых выпендрежников. Вот только любопытства своего не скрывает. Настолько пристально меня рассматривает, что становится неловко. На ее фоне, чувствую себя букашкой.

Хотя, по сути, так и есть. Она красива, это бесспорно. Но даже если бы она имела половину своей красоты, у нее есть то, чего я не получу ни в красивой одежде, ни с идеальным макияжем и ногтями — уверенность в себе. Я бы, назови меня родители порошковым именем Ариэль, вообще бы в школе не появлялась, учитывая, как все любят издеваться. Этой, кажется, хоть бы хны. Да что уж там, я бы и не догадалась сократить свое имя до Эли.

— Почему ты ничего не ешь? — неожиданно спрашивает она, вырывая меня из раздумий.

— Нет аппетита, — уж лучше это ляпнуть, чем признаться в том, что я никогда не пользовалась столовым ножом. Так и вижу, как провожу ножом по тарелке и у меня вылетает кусок мяса.

— Или ты такая же писькатарианка, как и Эля? — мне это не послышалось? Писька что? И ведь не переспросишь, что это. Черт, да я и не запомнила имя ее парня. Хотя, никакой он не парень. Взрослая особь, явно за тридцать.

— Во-первых, пескетарианка.