Я - твое наказание

На удивление, тетки оказались понятливыми и засеменили к выходу из палаты.

— Насть, ну что ты несешь? Я тебе хоть слово сказал об этом? Моя морда просит кирпича, потому что я не знаю как себя правильно вести. Я всю ночь не спал, надумывая такую херню, о которой тебе лучше не знать.

— Похоронил меня уже, что ли?

— Это не смешно.

— А я пытаюсь все перевести в шутку. Мне же уже хорошо. Ничего не болит и не кровит. А если бы я была одна, я бы осталась дома и… все. Ты хоть и зануда, но по делу. А я трусливая дура, не любящая врачей.

Что будет дальше?

— Я схитрожоплю и отправлю твоего папашку в Москву. Тебе поставят автоматом экзамены, когда увидят зимой живот. Все будет хорошо.

— Ты сгонял в небесную канцелярию?

— У меня там абонемент, я точно знаю. Кстати, на рождество запечем гуся в яблоках, ибо Степан уже заждался быть съеденным.

— Очень смешно. Но я хочу есть. И от гуся бы не отказалась. Можно и без яблочек.

— Ну, гуся я тут не найду. Курица сойдет?

— Все что угодно, кроме слизкой каши, от которой я чуть не блевнула.

А ты… ты не против выбрать имя?

— Не против.

— О, Боже, спасибо. Я думала, начнешь занудствовать. Мне нравится Лена, — что, блин?

— Серьезно? Это самое популярное имя, у которого тьма неприглядных рифм. Лена полено и прочее. И вообще, почему девочка?

— В смысле?

— В прямом. Я хочу сына.

— Вообще-то ты говорил, что хочешь дочку.

— Вообще-то человек самое непостоянное существо. Я ее хотел аккурат до того, как загуглил твои симптомы. Зачем мне этот стресс? Ваши матки, яичники не для моего уровня стрессоустойчивости.

Я вообще не понимаю как вы живете с этим. Это уже не говоря про то, что девочку надо выдать замуж и переживать о том, какой пидрила ей попадется. Ну, на хер это все. В источниках пишут, что пол определяет мужчина. Я выбираю мальчика. Так что подбираем имя не для девочки.

— А ничего что от твоего желания ничего не зависит?

— Очень даже зависит. Я впервые в жизни помолюсь. За мальчика.

— Тогда я точно рожу девочку. Вот тебе крест даю!

Глава 33

Семь месяцев спустя

Как только вижу знакомые лица у входа в университет, выхожу из машины.

То и дело кошусь на смазливого и плохо завуалированную шалаву. Несмотря на то, что я по-прежнему не горю желанием менять свою жизнь и делить Настю с ребенком, в какой-то мере я даже рад, что мы залетели не в конце ее учебы.

Ее живот стал чем-то вроде отпугивающего сигнала для желающего ее поиметь и шлюшки, норовящей то и дело куда-нибудь затащить Настю.