Я - твое наказание

В белоснежной футболке и светлых джинсах с легкой дорожной сумкой, перекинутой на плечо, этот гад совсем не выглядит как привычный строгий бизнесмен. Не знала бы, дала максимум тридцатку.

И пока я исхожу слюной, провожая его упругую задницу взглядом, вдруг осознаю, что сейчас его профукаю. Иду следом и стопорюсь, когда мой бородатый заходит в цветочный. Как ты заработал свои миллионы, если покупаешь цветы в аэропорту? И приятно, черт возьми, и жаба душит. Ладно, разочек можно. Аккуратно открываю дверь и захожу следом.

Глава 30

Твою мать, так и инфаркт схватить недолго. Первая пришедшая на ум мысль — Вера. Она частенько так делала, думая, что меня это должно заводить. Однако, учитывая сколько прошло времени, она явно должна была забыть обо мне.

Как только я накрываю чьи-то ладони, пытаясь отлепить от себя, в ноздри ударяет знакомый запах кокоса. Это Настин крем. И ладонь тоже ее с кольцом на безымянном пальце. Обручальным. Резко разворачиваюсь.

Отлично. Вот я и дожил до расстройства психики. Только галлюцинаций мне еще не хватало. Передо мной как будто и вправду Настя в белоснежном коротком платье с чуть расклешенной юбкой. Стоит и улыбается, и я в ответ одариваю глюк улыбкой, а затем она резко подается ко мне, обвивает руками за шею и припадает к моим губам. Ее тело, ее губы.

— Все, все, Вадим Викторович. Неприлично так присасываться в общественных местах, — шепчет мне в губы, а затем проводит по ним пальцем.

Нет, живая и очень даже реальная.

— Ты что тут делаешь?

— Приехала встречать любовника в аэропорт, а тут вижу ты. Дай, думаю, подойду поздороваюсь с мужем. Ну ладно, я пошла к нему, — отмираю, когда она реально разворачивается и делает шаг вперед. Тяну ее за руку.

— Ты точно меня раньше времени в могилу заведешь. Я думал, у меня галлюцинация.

— Неа, мне кажется, это называется по-другому, когда человек видит то, что хочет видеть при отсутствии оного самого.

— Помолчи уже, зануда.

— С кем поведешься, от того и наберешься. И вообще, две душнилы — это сила.

Чувствую себя реально больным, у которого руки потряхиваются не пойми от чего. И вроде понимаю, что Настя все же реальна, а не плод моего воображения, но это, мать ее, так неожиданно, что так и продолжаю стоять пригвожденным к месту.

— Нет, спасибо, девушка, мы передумали.