Развод. Я к тебе (не) вернусь (СИ)

Ее, мою нежную и ничем не испорченную, волок по огненным кратерам и заставил полоскать ноги в лаве. Теперь же сам там стою. Больно!

— Один. Никакой командировки. За тобой летел, — в этот момент важна честность.

— Так я была здесь с … — прикусывает губу и замолкает."

"Сглатываю комок. Горькая слюна в слизь скатывается и затыкает дыхательные пути. Кровь в голову толчками бьет. Ревную! По-выблядски жестко ревную! До красных кругов перед глазами. Дыхание срывается. Мне кажется, что сердце с перебоями включается и выключается.

Позади хлопает по воспаленной макушке гребень шальной волны и отрезвляет меня.

— Ты замерзла, — пытаюсь ровно сквозь сжатые зубы выдавить. — Давай на берег.

Отстраняюсь и помогаю вылезти. Спрятанная злость не мешает окинуть взглядом жену и заметить, как она еще больше похорошела. У нее и раньше фигурка блеск была, все мужики шеи сворачивали, а теперь вообще глаз не оторвать. Занимается в зале, что ли? Почему тогда не знаю об этом. Если да, то необходимо пробить кто тренер.

Мужик или баба?

Как жрет внутри черная подозрительность. Высасывает меня напрочь. Против воли хмурюсь и злюсь, хоть и клялся, что сдержусь. Но по всем показателям хреновый из меня держатель клятв. Какая тварь хочет влезть моей жене в трусы? Поубиваю всех.

— Что-то не так? — насмешливо спрашивает Света, глядя на мою перекошенную морду. — Денис.

Что ж, имеет право. Имеет!

— Все нормально.

— М-м-м, — натягивает на мокрое тело сарафан. — Ясно. Ну я пойду тогда?

Порыв ветра треплет тонкую ткань, заворачивая вокруг тела.

Капли воды выступают на хлопке, бесстыдно обнажая манящую грудь. Света сверкает глазами, как бешеная львица. Треплются длинные волосы, которые наматывал на кулак когда-то, когда она так сладко стонала подо мной. В глазах темнеет. В сердце буря поднимается. Какая красивая она. Какая неистовая. Львица, царица моей души.

— Никуда ты не пойдешь.

— Да что ты! — упирается в грудь.

Не даю оттолкнуть. Подножкой валю на камень, придерживаю чтобы мягко приземлилась.

Как только удостоверяюсь, что лежит на спине, бросаюсь сверху. Согнутый локоть под голову, тело рывком припаиваю, чтобы свободного места не осталось.

В отблесках луны и высоких фонарей сверху всматриваюсь в лицо жены. До боли глаза напрягаю, лишь бы рассмотреть любой намек. Света закатывает глаза и закусывает губу. Изо рта вырывается приглушенный сип. И этого хватает.

Задираю ей подол и рвусь сдирать трусы. Мокрая ткань легко расходится по швам.