Разрушу твою жизнь

И вроде он только недавно кинул меня по-свински, а я всё равно ощутила, что соскучилась.

Невероятная глупость. Объяснимая лишь моей влюблённостью в него. Абсолютно противоестественной.

Пару раз ударилась затылком о мягкую ткань кресла. Стало чуть лучше. Возможно, мозг из трусов поднялся на несколько сантиметров выше.

«Я не собираюсь с тобой больше спать, – яростно печатаю сообщение, кусая губы. – Никогда».

Жду напряжённо ответа. Слыша биение сердца в ушах. Оно отмеряет каждую прошедшую секунду.

«Трахать. Маугли.

Утекла лужей прямо под кресло. Переползла змеёй на кровать, скрутившись калачиком по центру.

За окном уже стемнело, и я просто пялилась в телефон с горящими буквами, не зная, как достойно ответить. И что можно написать, учитывая, что ему глубоко плевать, планирую ли я с ним трахаться. Как он это называет.

«Пока не сделаешь мне ребёнка?» – пальцы сами выбили вопрос.

И я принялась буравить экран в ожидании эсэмэски.

«Ложись спать, Маугли. Я скоро вернусь».

От досады заскрежетала зубами. Ведь мог просто ответить, да или нет. Разве это так сложно!

«Ненавижу тебя!» – написала и замерла, слыша своё учащённое дыхание.

Телефон погас. Комната погрузилась во мрак. Наверное, он уже не ответит.

Печаль вселенских масштабов сковала глупое сердце. Я хотела увидеть от него ещё одну строчку. Совсем немного.

Я потом, попозже подумаю, почему так себя веду.

Уже почти уснув, ощутила вибрацию.

Разблокировала экран.

«И я тебя».

Комната, погружённая во мрак. Плотные шторы не пропускали ни одного луча.

Дотянулась до телефона. Почти полдень. Долго же я спала.

Виноват удобный матрас. И подушка с запахом хозяина этого дома.

Обняла её со всей силы, пытаясь прогнать печаль. Тёмную, угнетающую.

Выкатилась на пол, едва вспоминая, как ходить, потому что давно столько не дрыхла. В голове всё крутились слова Шамиля. Что он имел в виду? Какие глупости я могу совершить, находясь в заточении? Простор для воображения сужен стенами его дома.

Первый день я провела в полнейшем ничегонеделании. Шамиль больше не писал. А сама я не могла отважиться на первый шаг.