Рассказы

Как фотоаппарат «Никон», только не настоящий, а его электронная имитация, пронзительная и нереальная.

Сотовый телефон во время фотосъемки.

И еще раз.

Ричер шагнул, поднимая высоко ноги, чтобы не зацепить лианы, протиснулся в просвет между деревьями и вдруг увидел Генри и Сюзанн, стоявших плечо к плечу меньше, чем в десяти футах от него, смотревших вниз и снимавших на сотовый телефон что-то, лежавшее на земле перед ними. Не излучающее тепло и слишком малое, чтобы быть заметным на экране радара. Это было чертовски точно.

* * *Это был мертвый человек, мужчина, маленький, темнокожий, худой и аскетичный, в старой оранжевой тюремной робе. Он лежал на спине, и угол наклона его шеи и его конечностей не был правильным с анатомической точки зрения. Он выглядел мягким внутри, почти жидким, как будто его кости были раздроблены, а органы раздавлены.

Ричер сказал:

— Он выпал из самолета. Не снаружи самолета, на самом деле, а через дверь, с большой высоты. Он так почернел из-за отсутствия кислорода, или, возможно, сердце остановилось от внезапного холода сразу же, еще там, но так или иначе он падал, как тряпичная кукла, пробил листву насквозь и упал на землю под деревьями, где и умер по прибытию уже наверняка.

Лиственный полог вернулся на своё место, поэтому сверху ничего не видно, человек быстро остыл до температуры окружающей среды, поэтому тепловизор не может обнаружить его, а для радара он выглядит точно так же, как корень дерева или небольшая груда сломанных веток.

Сюзанн сказала:

— Надеюсь, сердце у него остановилось от холода.

Ричер подумал вслух:

— Вопрос в том, прыгнул он сам, или его сбросили?

— Он прыгнул.

— Кто он?

— Он — гражданин Канады и должен был упасть в Торонто, но промахнулся.

— А кто тогда вы?

— Просто еще один канадский гражданин.

— Для кого эти фото?

— Для его семьи.

— Кто он? — снова спросил Ричер.

— Я пытаюсь смотреть на это с обеих сторон, — сказала Сюзанн. — Я сделаю всё, что угодно, чтобы остановить очередную атаку.

Но это становится безумием. Они везут этих парней из Гуантанамо в Египет и Сирию, где с ними плотно работают, и через некоторое время те, кто выжил, должны вернуться, потому что египтяне и сирийцы не могут держать их у себя вечно, но вы не хотите их обратно, потому что не знаете, что делать с ними. Тюрьма Гуантанамо всегда полна, а вы не можете плюнуть на всё и отпустить их, потому что у них есть, что рассказать.