Рассказы

Ричер сказал:

— Давай, пока остановимся на этом. Взгляни на это с точки зрения нового командира. Он — единственный, у кого есть все кусочки пазла, и он видит всю картину. Один во всём мире. Это подобно одиночеству, потому что больше никто этого не знает. Но проблема в том, что знает кто-то еще, хотя никто другой не должен этого знать. И это может быть только Ирак, но кто в это поверит? Будет массовая паника, и любой план будет под подозрением. Советская стратегия развалится, ничему нельзя будет больше верить.

Так что жизненно важно, чтобы никто не узнал об этом. Буквально, никто и никогда. То, что знают двое, уже не секрет. Её необходимо остановить, а за измену может быть лишь одна кара — смертную казнь. Новый командир приходит к решению, что должен сделать это сам. Это единственный способ остановить её. Почти исторический момент. Мир будет спасён, а это великое дело, но мир никогда не узнает об этом. Таким образом, в одно смешивается ирония, стратегическая проницательность, благородство и самопожертвование. Из этого и складывается патриотический долг.

Джо ничего не ответил.

Ричер продолжил:

— Мне кажется, новый командир такого подразделения должен быть достаточно умён, чтобы всё понять насчет спортивного автомобиля и дороги.

Джо сказал:

— У парня был пятнадцатый размер ноги.

— Пятнадцатый размер — это предел. Нельзя сделать следы меньше, чем они есть на самом деле, но можно сделать их больше. Я полагаю, если бы я надел теннисную туфлю, которая сидит очень плотно, и вставил уже обутую свою ногу внутрь ботинка пятнадцатого размера, она бы зафиксировалась и сидела туго.

Совсем не так, как клоунские ботинки. Я мог бы бродить вокруг, оставляя следы, как космонавт на Луне. Ты знаешь, когда мне пришла в голову эта мысль?

Джо сказал:

— Нет.

— Во второй наш приезд на Окинаву. Тебе было шесть, может быть, семь. Ты взял в привычку вставать рано утром и расхаживать в ботинках отца. Я не знаю, для чего ты это делал. Может быть, это первый раз пришло тебе в голову.

Может быть, ты пытался сделать так, чтобы его ботинки тебе подошли, в буквальном смысле. Но я это запомнил. Кстати, однажды ты его крупно подставил, когда мама обнаружила следы на ковре. Именно тогда я об этом и подумал.

— Наверное, многие делали это.

— И как много из них стало недавно назначенным командиром подразделения контрразведки?

Джо промолчал.

Ричер продолжил:

— Я теперь вспомнил, ты сыграл очень хорошо, разговаривая со мной по телефону.