Расписной

Оперативник из уголовного розыска, чтобы преодолеть неловкость и наладить контакт, обязательно махнул бы рюмку водки или, по крайней мере, с хрустом оторвал голову таранке. Но в Комитете другие стандарты. Майор выпрямился и заговорил хотя и дружеским, но вместе с тем вполне официальным тоном:

– В Тиходонске действует преступная группировка, осуществляющая криминальные перевозки из республик Северного Кавказа в Россию. И, соответственно, из России в эти республики.

– Разве это ваша компетенция? – спросил Волк.

– На первый взгляд – нет. Но в Закавказье нарастают сепаратистские процессы. Эти же тенденции наблюдаются и в северокавказском регионе. Там накапливается оружие, создаются подпольные организации экстремистского толка, ведется пропагандистская работа среди населения. А это уже наша компетенция.

– Ну а я тут при чем? – снова спросил Волк.

– Криминальные элементы не могли бы осуществлять транзит запрещенных грузов, если бы у них не было связей с милицией.

– Ну а при чем тут я? – повторил вопрос Волк.

– По нашей информации, в пятницу через Тиходонск проследует запрещенный груз. Если вы помешаете Сергееву обеспечить его доставку, то, с одной стороны, выполните свой долг, а с другой – поможете выявить всю сеть заинтересованных лиц. Они ведь все задергаются и начнут предпринимать какие-то меры. Надо зафиксировать все телодвижения, а потом мы их и прихлопнем.

Волк молчал. Но молчание, как известно, знак согласия."

"Мусин улыбнулся и потянулся к бутылке:

– Может, выпьем за встречу, а?

Улыбка у него была не такая замечательная, как у Александра Ивановича, но все равно приятная.

* * *Длинная синяя фура с чеченскими номерами шла следом за ПМГ-4 с включенным проблесковым маячком и коротко взревывающей сиреной. До КП ГАИ оставалось двести метров, но машины явно не собирались снижать скорость. Однако ПМГ-12 неожиданно выдвинулась из-за бетонной коробки поста и перегородила дорогу. Маячок у нее тоже был включен.