Рай тебя не спасёт

Чародейки окружали его, как охотящиеся львицы — добычу.

Седая вкрадчиво продолжала:

— Я помогу тебе исполнить свой долг — позаботиться о жене. Принесу в камеру подушки и одеяло, чистую воду, свечи, чтобы разогнать мрак. Исцелю раны, пока в них не попала инфекция. Люди такие хрупкие.

Лицо демона исказилось."

"— Безопасность, тепло, сытная еда. Выполни мою просьбу, и твоя жена ни в чём не будет нуждаться.

— Чего ты хочешь?

— Сними рубашку и опустись на колени.

Ева ахнула. Расширенными глазами она смотрела, как супруг равнодушно расстёгивает пуговицу за пуговицей.

Остатки плаща упали на пол. Ведьмы заключили демона в кольцо и алчно наблюдали за тем, как он раздевается. Сняв рубашку, Велар опустился на колени без единой эмоции на лице. Взгляд был прикован к Еве.

— Не делай этого, — неожиданно для себя проскрипела пленница. — Не надо.

Велар мягко улыбнулся.

Седая потянулась, чтобы расстегнуть на девушке кандалы.

— Лучше бы ты, милая, думала о себе, — прошептала она. — Для него ты — вещь.

Любимая, но вещь.

Еве хотелось отвернуться. Закрыть глаза. Наблюдать за чужим унижением было невыносимо.

— Ты же будешь послушным, Велар? Просто будь послушным, и твоя жена, твоя любимая получит всё, что захочет. Нам нужна только кровь, наслаждение, которое испытываешь, чувствуя под губами биение жизни. Кристаллы этого не заменят. Кровь, отданная добровольно, бесценна.

Кандалы расстегнулись. Не удерживаемая цепями, Ева упала на пол. Сведённые икры раз за разом пронзало болью.

Когда судороги закончились, пленница попыталась подняться, но растянутые мышцы отказывались служить. Девушка привалилась к стене, проклиная собственную беспомощность. Следующие часы стали изощрённой моральной пыткой.

Три-четыре ведьмы наклонялись к стоящему на коленях демону, сдвигали железный ошейник и с двух сторон вгрызались в беззащитную шею. Взгляд мужчины остекленел. Лицо не выражало эмоций, но иногда по телу пробегала дрожь, и Ева понимала: Велару больно. Обнажённая грудь ходила ходуном.

Когда ведьмы отстранялись, чтобы уступить очередь, взгляду открывались рваные раны, вызывая чувства ужаса и вины. Дорожки крови текли по шее и напряжённому торсу.

Еву трясло. В тишине раздавалось тошнотворное хлюпанье. В воздухе висел тяжёлый металлический запах. Велар, не отрываясь, смотрел на супругу, словно только она удерживала его в сознании, и от этого взгляда хотелось спрятаться. Всё чаще брови демона мучительно сходились на переносице.