Рай тебя не спасёт

Она переоделась, почистила зубы, пыталась читать в постели, но поняла, что прислушивается к тишине.

Свеча догорала. Слабый огонёк дрожал над лужицей застывшего воска. Знай Ева наверняка, что демон не придёт, спокойно легла бы спать, но ожидание мучило.

Может, она обидела его недоверием? Велар пытался вернуть ей семью. Разве виноват демон в том, что, вместо ожидаемой радости, Ева задохнулась от боли: её близкие вместе, а ей, ненужной, забытой, остаётся только наблюдать за ними через замочную скважину. Пожалуй, смотреть в глаза неразумных младенцев было бы легче, чем осознавать себя лишней.

Но думать так подло, эгоистично. Главное, родители и сестрёнка живы и эта встреча — подарок Велара — помогла ей отпустить прошлое.

Подарок. Велара.

Ради Евы демон совершил невозможное. В лепёшку расшибся, желая порадовать. А в ответ на него обрушилась лавина сомнений.

Как часто Ева называла беса насильником, вслух и мысленно, обвиняла в жестокости, ненавидела за предательство, но принимала помощь как должное, и ни разу ей не пришло в голову сказать супругу «спасибо».

Еву охватила острая потребность отблагодарить Велара, замешанная на чувстве вины. Демон заслуживал лучшего отношения.

Откинув одеяло, она встала. Поспешила обуться: пол был ледяным. Задёрнутые шторы — новые, плотные — создавали ощущение ночи за окном и вместе с шепчущими в тишине часами дарили иллюзию: время течёт, движется, а не застыло, подобно мумии в ирландском болоте.

За дверью колыхалась стена мрака. Ева собиралась вернуться в спальню за огарком свечи, когда из-за угла выпорхнула стая голубых мотыльков и окружила девушку живым мерцающим облаком.

Это облако, словно домашний питомец (десяток крылатых питомцев), следовало за ней по пятам, освещая дорогу.

Спускаясь по лестнице, Ева думала, где искать демона. Оказалось, что она никогда не переступала порог его спальни, более того — не знала, где та находится. Была ли у него спальня вообще? Нуждались ли бесы в отдыхе? В личном пространстве?

Тишина насмехалась шорохами.

Мотыльки кружили над головой, садились на волосы и плечи, ластились, словно добиваясь внимания. Из приоткрытой двери в конце коридора сочился свет.

Демон обнаружился в кабинете. За небоскрёбами документов маячила темноволосая макушка. Сразу две папки лежали открытыми на столе, и Велар листал то одну, то другую, хмурился, покусывая перо, тёр переносицу и помечал что-то в толстом кожаном ежедневнике.

— Вы не спите, — констатировал демон, не отрываясь от бумаг.