Радость пирата

Оги быстро ввел моряков в курс дела, разбил людей на небольшие группы и отправил на поиски Спан-глера. Оги понимал, что тратить время на поиски Диего и его людей бессмысленно, ибо они скорее всего уже были в море. Теперь главная задача заключалась в том, чтобы найти матросов с «Неистового» и как можно быстрее отчалить. До Тенерифе путь предстоял неблизкий.

В черной пещере трюма воняло тухлым мясом. Майлз находился там в компании каких-то существ. Каких именно и в каком количестве, он знать не мог по причине полной темноты.

Он находился здесь уже не один час, прикованный к столбу тугими наручниками. Голова его страшно гудела, но еще больше он страдал от испытанного унижения. Кросс ругал себя за потерю самообладания. Наверное, можно было найти лучший выход из ситуации, вопрос в том, какой. Сколько Майлз ни размышлял на сей счет, ему ничего не приходило в голову. Может, так оно даже лучше: людям Диего пришлось тащить его на корабль на себе; с другой стороны, возможно, он упустил свой шанс бежать. Но хуже всего то, что он представления не имел, где находится Алекс и что с ней сделали Диего и его люди. Очнувшись в вонючем трюме, Майлз до сих пор имел возможность общаться лишь с крысами, становившимися час от часу все наглее. Чтобы отогнать их, Кросс вынужден был постоянно стучать сапогом по доскам.

Внезапно сверху забрезжил слабый свет. Крышка люка открылась и захлопнулась вновь.

— Диего? — крикнул Майлз.

— Да, дружище. Я пришел навестить тебя!

Испанец явно пребывал в благодушном настроении. Повесив фонарь на крюк возле люка, Диего спустился по лестнице вниз."

"— Ну как, нравятся тебе апартаменты? Я подумал, может, ты почувствуешь себя одиноко, так вот эти милые малютки, — Диего отогнал ногой здоровую крысу, — составят тебе компанию.

— Где Александра? Что ты с ней сделал?

— Как, ты не догадываешься? Именно то, что ты предполагал.

Фонарь, покачиваясь, отбрасывал на лицо испанца зловещие тени, делая его похожим на самого дьявола.

Кривая ухмылка играла на его тонких губах. Растянувшись на каком-то ящике, Диего мечтательно закатил глаза.

— Теперь-то я понимаю, почему ты так не хотел с ней расставаться. Она такая спелая, правда? Такая нежная белая кожа, такие полные…

— Ты ублюдок!

Майлз сжал кулаки, но наручники врезались в кисти так, что по рукам его потекли струйки крови.

— Эй-эй! Угомонись.