Радиоактивная война

Детектив скупо кивнул, но протягивать руку не стал. Блондинка почти с безразличием скосила на него глаза.

– Господа, в знак нашей зарождающейся дружбы, думаю, неплохо бы выпить, – тут же предложил янки.

– Фи, – наморщила носик блондинка, – Бобби, пить с утра – это моветон.

– Детка, ну что же еще делать в этой дыре? – будто оправдываясь, пожал плечами журналист, нисколько не конфузясь. – Тебе мы закажем шампанского, а сами выпьем виски. Я хорошо знаю русских, они отчаянные парни и не откажутся составить мне компанию.

«Пронырливый тип», – сразу же оценил Малкина Глеб. По собственному опыту он хорошо знал подобный типаж, «Боб» запросто мог быть как репортером, так и шпионом, и гангстером-одиночкой.

Американец поднял вверх руку и щелкнул пальцами. Дважды официанта подзывать не пришлось, спустя мгновение его гибкая фигура согнулась в подобострастном поклоне. Выслушав Малкина, он пулей умчался в сторону кухни. Через минуту на столе из серебряного ведерка выглядывала длинношеяя бутылка французского шампанского, рядом стояло блюдо с солеными орешками и квадратная бутылка «Джека Дэниэлса».

Шоколадный официант наполнил бокал Софи пузырящейся жидкостью, потом протянул руку к бутылке с виски, но его остановил Роберт Малкин.

– Мы сами справимся, дружище, ступай. Если понадобишься – позовем.

Кольцов, наблюдая, как репортер проворно наполняет стаканы темно-коричневой жидкостью, почувствовал, как все внутренности сжимаются. Все происходящее ему показалось каким-то диким реалити-шоу типа «Особенности национального запоя».

За три дня в гостях у безбашенного Макса они под бренчание гитары бывшего старлея и боевые воспоминания уничтожили не только запасы родной русскому сердцу водки из запасов егеря, но также имеющееся в наличии и другое спиртное: виски и джин. В конце концов добрались до коньяги, местной самогонки, которую аборигены гнали из орешек кешью.

Попав в Литл Малибу, Глеб думал, что настало время дать отдохнуть его многострадальному организму, но оказалось, что не тут-то было.

– За дружбу, – подняв свой стакан, по-русски провозгласил Малкин.

– Виват! – неожиданно рявкнул Зубанов и, вскочив на ноги, почти по-гусарски лихо опрокинул в себя содержимое стакана.

– Да уж, шоу должно продолжаться, – буркнул Кольцов, отхлебывая глоток противной кислой жидкости.

Постепенно выпитый алкоголь стер недоверие только что познакомившихся людей.

– Вы также приехали на сафари? – спросил репортер, набивая рот солеными орешками, как будто это был попкорн.