Рабыня страсти

При этом калиф выглядел таким, каким его многие годы никто не видел. Впрочем, не многие годы, а никогда! Калиф выглядел счастливым. Упругая молодая походка, улыбка на губах… Он посвистывал!

Когда же Зейнаб и Ома появились поздним утром в бане, сопровождаемые принаряженным Наджой, наложницы разом перешли на шепот. На Зейнаб устремлены были тысячи жадных глаз. Она же с гордостью прошла меж оцепеневших кумушек, улыбаясь Обане, подобострастно кинувшейся навстречу новой фаворитке. Всем уже было известно, что калиф преподнес новой наложнице отборные меха и драгоценности — из тех, что прислал Донал Рай.

— Доброе утро, госпожа Захра. — смело приветствовала Зейнаб любимую жену калифа.

— Доброго утра и тебе, госпожа Зейнаб, — отвечала женщина. — Насколько я понимаю, калиф весьма к тебе благосклонен?

— Мне на редкость посчастливилось, — скромно ответствовала Зейнаб. — Это словно улыбка Аллаха… Я благодарна, госпожа, но жажду большего.

— Жаждешь большего! — Захра вскинула соболиную бровь. — И чего же ты жаждешь?

— Я не буду довольна вполне, пока не заслужу и твою благосклонность, госпожа, — отвечала Зейнаб, глядя прямо в серебристые глаза Захры."

"— Возможно, со временем… — Захра, не удержавшись, рассмеялась. Что же это, в самом деле, за дьяволица — красива и обольстительна настолько, чтобы завлечь в свои покои пресыщенного и немолодого калифа до утра! Пожалуй, она опасна… И пока Захра не уверится в обратном, не видать этой Зейнаб ее благосклонности, как своих ушей! — Если калиф будет и впредь столь же доволен тобою, если ты не посеешь семена раздора в цветнике владыки — тогда, и только тогда заслужишь ты мое благоволение! Время покажет, дорогая моя…

Захра вдруг поняла, что девушка по возрасту годится ей в дочери.

Ах, если бы только Абд-аль-Рахман не был так околдован… Захра подумала, что тогда, возможно, ей удалось бы убедить мужа отдать прекрасную наложницу Хакаму.

— Пусть она говорит, что тебе лишь предстоит заслужить ее благосклонность! — тихонько шепнула ей Обана, когда никто не мог их слышать.