Рабыня страсти

— Сядь, — сказал он. Зейнаб присела на краешек постели, а калиф встал перед нею на колени. Взяв в руки ее ножку, он принялся внимательнейшим образом ее изучать…Так, ступня мала и узка, каждый пальчик совершенной формы, ноготки округлые и ухоженные…

Он поднес маленькую ступню к губам и поцеловал. Язык скользнул по гладкой подошве, потом принялся ласкать каждый пальчик… Потом калиф стал покрывать медленными жаркими поцелуями внутреннюю поверхность ноги, от щиколотки до самого бедра.

— У тебя есть «любовные шарики»? — спросил калиф. Она кивнула. — Тогда давай их сюда, моя прелестная.

Протянув руку к золотой корзиночке, примостившейся на столике у постели, Зейнаб извлекла бархатный мешочек и вручила его калифу. Дернув завязку, он позволил обоим шарикам свободно выкатиться ему на ладонь, взвесил их в руке и удовлетворенно улыбнулся.

— Как раз то, что нужно — вес подобран идеально, — отметил он. — А теперь откройся мне, Зейнаб…

Она послушно приоткрыла свои недра его жадному взору, а палец калифа втолкнул шарики один за другим глубоко внутрь… Склонившись, раздвинул двумя пальцами ее потайные губки и стал жадно пожирать глазами влажную коралловую плоть. Язык устремился к потайной жемчужине…

— М-м-м-м-м-м… — промурлыкала она, слегка вздрагивая от упоения.

Теперь язык калифа занялся ею всерьез. Он скользил по ее мягким шелковистым потаенным губкам, порхал по ее тайному сокровищу — и вот Зейнаб кажется, что сердце ее вот-вот остановится… Она уже почти рыдала, а серебряные шарики снова и снова ударялись друг о друга у нее внутри, пронизывая все ее тело невыносимо сладостными спазмами…

И вот она уже вне себя:

— Пожалуйста!

Ни слова не говоря, он извлек орудия сладостной пытки из ее недр, раздвинул трепещущие бедра, склонился и провис горячим языком в ее нутро, извлек его, и снова проник… Зейнаб закричала от наслаждения.