Путь за грань

Отец уже на месте, поэтому мы выезжаем через час. Утром будем у него.

– Утром? – переспросила я.

«Катя. Я увижу подругу».

Но радость сменилась отчаянием. Значит, и выполнение ритуала приближается, а вместе с ним финал истории. И какой он будет, неизвестно.

– Да, мы будем ехать всю ночь.

Лео собрал вещи, а я все еще стояла и приходила в себя.

– Лео, вы готовы? – раздался голос Тимура.

Я подскочила от неожиданности. Этот тип не внушал мне доверия.

– Да, Тимур. Можешь отнести сумки в машину. Мы выходим. Ты уверен, что хочешь поехать с нами? – Вопрос звучал с каким-то непонятным подтекстом, которого я не поняла.

– Да.

Взгляд Тимура говорил о его уверенности. Через мгновение эти самые глаза остановились на мне.

– Лиза, – произнес он мягко.

Вот если представить себе мраморную статую с открытым ртом и удивленно распахнутыми глазами, то это в точности буду я. Мало мне было одного вампира. Так вот тебе, пожалуйста, Лиза, еще один. У меня не было слов, чтобы выразить свои эмоции.

– Едем, – бросил Лео, вытаскивая меня за локоть из комнаты.

Я снова совершил ошибку. Не стоило мне начинать тот разговор с Лизой. Я все еще слышал ее оклик «Лео!», но сил продолжить выяснять отношения не было. И дело вовсе не в том, что она была человечкой, а я вампиром. Я просто не мог смотреть в ее выразительные глаза и лгать. Обещать, что все вернется на круги своя и Лиза вернется к прежней жизни, – лицемерие. И я это знал.

Единственное, что я мог точно пообещать ей, – это то, что сделаю все возможное для осуществления ее мечты.

В одном только я был не уверен. Я совершенно не знал, смогу ли уйти из ее жизни навсегда. Я бежал. Стремительно покинув дом, где едва не сорвался, я снова очутился на улице. Пьянящий запах крови и самой Лизы все еще доносился до меня, но был слабее, что слегка меня отрезвило. Там, на кухне, я едва не лишился рассудка, когда в нос ударил сладкий аромат, вызывающий приступ голода. Глядя на то, как течет тонкая струйка ее крови, я думал лишь о своей жажде. И только вкусив непревзойденный напиток, я вновь почувствовал себя живым.

«Остановись», – сдавленно звучал ее голос.

Она просила меня прекратить, но я едва мог совладать со своим животным инстинктом. Что-то в ее интонации отрезвило меня, вернуло в действительность.