Путь за грань

Ты убьешь ее. – Меня настойчиво пытались оторвать от самой приятной трапезы в жизни.

Я сделал попытку отмахнуться от назойливого голоса, но Эрик буквально оттащил меня от ведуньи. Сидя на полу, я растерянно смотрел на Избранную; казалось, весь мир замер. Не было рядом ни суетящегося Эрика, ни испуганной Лизиной подруги. Были только она и я.

«Дьявол!» Так не должно было случиться! Но я уже не мог совладать с собой. Еще не отыскав подходящих слов, способных выразить мои чувства, я уже ощущал безысходность. Внутри все горело, и я выскочил из кухни, словно за мной гнались все черти ада.

«Что со мной? Проклятье! Эта бестия…»

Я не знал, что и думать. Ее присутствие, стук сердца, несравнимый ни с чем аромат крови – все пьянило меня, как алкоголь пьянит смертных. И не было сил бороться с вспыхнувшим желанием. Снова перед моим мысленным взором возникли глубокие, почти бездонные, глаза девчонки. Казалось, она смотрит прямо мне в душу.

– Ведьма! – чересчур эмоционально произнес я.

Я знал, что она не услышит, и это помогло расслабиться. Уже более спокойно я стал мерить шагами помещение, бросая украдкой взгляд на дверь кухни. Чего именно ожидал, я не знал. Просто стало сложно не смотреть туда, где находилась ведунья.

В гостиную вошел Эрик. Он бросил недовольный взгляд на меня.

– Ты что творишь? – грубо поинтересовался он. – Решил спутать все планы? Как собираешься добиться содействия, если чередуешь колкости с попытками ее прикончить?

Да, друг был прав абсолютно во всем.

Я чувствовал, что наше общение будет затруднено. Она меня ненавидела, а я не мог совладать со своим гневом и чем-то еще, чему я пока не подобрал названия.

– Ты прав. Тысячу раз прав, Эрик, – порывисто ответил я. – Но я не могу ничего с собой поделать. Она…

Я замолчал, не зная, что еще сказать. Я не мог поведать другу о странном чувстве и неконтролируемой ярости, овладевавшими мной, едва я оказывался рядом с Избранной."

"– Лео, ты просто обязан войти к ней в доверие, – горячился Эрик. – Иди к ней немедленно и постарайся быть милым. Извинись, в конце концов.