Пусть ярость благородная

Больше всего его нервирует то, что мы нагло идем охотиться прямо на японский задний двор. Ах, не вышел бы Камимура! Ну, выйдет – и что с того, удерем! Правда, «Сунгари» с ее четырнадцатиузловым ходом и все трофеи жалко. Но и от этого геморроя есть противоядие – в трюмах «Трибуца» хранятся двадцать шесть донных мин. Еще двадцать две штуки имеются на «Быстром». Тут звучали предложения раскурочить весь этот золотой фонд, а взрывчаткой снарядить мины «Уайтхеда» для «Новика», но фиг им! Этим старьем все равно трудно во что-нибудь попасть, а вот донные мины из конца двадцатого века есть настоящая вундервафля.

Во-первых, траль не траль местными тралами, все одно толку не будет – как лежала голубушка на дне, так и лежать будет. Во-вторых, ее мощи хватит, чтобы отправить на дно любое местное корыто, хоть бы и броненосец. Значит, решено – как войдем в район оперирования, первой же ночью направлю оба вертолета к Сасебо – пусть отложат свои яйца на фарватере; и японцам тоже будет интересно жить.

Выхожу на связь:

– «Аскольд», капитана первого ранга Рейценштейна, пожалуйста!

После полуминутного молчания «Аскольд» отзывается:

– Здесь, капитан первого ранга Рейценштейн.

– Николай Карлович, – говорю я ему, – должен вас обрадовать, Камимура никуда не выйдет в ближайшее время. Я понял, как сделать так, что он будет очень сильно занят.

– Ну, ну, Сергей Сергеевич, – недоверчиво хмыкнула трубка. – И как же, позвольте узнать?

– Вы спрашиваете, как? – Я ухмыляюсь про себя. – Есть средства! Организуем ему увлекательное приключение, так что вы не волнуйтесь! Мы еще те фокусники-иллюзионисты. Вы еще не всех зайцев в нашей шляпе видели!

– После истории с адмиралом Того я вам охотно верю… – Рейценштейн немного помолчал. – И что же, опять будет что-то в этом духе?"

"– Нет, не столь брутально, Николай Карлович, Павел Павлович против, надо чтобы Япония успела набрать еще кредитов.

А если мы их начнем слишком быстро истреблять, то им никто денег не даст. – Я подумал и добавил: – Но в один броненосный крейсер, или даже в два, если он не особо умен, эта история Каммимуре обойдется точно. Да, Николай Карлович, через час у нас тренировка в «слепой стрельбе».