Пусть ярость благородная

Над водой стелятся клочья тумана, леерное ограждение покрыто мелкими каплями воды. Наш БДК стоит на якоре у самого берега острова, в маленькой бухточке у основания мыса. Дно здесь обрывисто идет на глубину, продолжая под водой склон горы, и поэтому якорная стоянка всего в полукабельтове от берега. Но долго наслаждаться красотами природы мне не дали. Сзади неслышно подошел вахтенный.

– Товарищ подполковник, с «Трибуца» сообщают, что с юго-запада приближается группа кораблей – «Аскольд», «Новик», «Страшный» и еще два грузовых трампа… С «Аскольдом» установлена связь, командует отрядом капитан первого ранга Рейценштейн.

– Спасибо, лейтенант.

Я еще раз окинул взглядом гладь моря, где солнечные лучи уже начали разгонять туманную пелену. И тут все очарование природы было начисто уничтожено звероподобным криком дежурного по роте, горным обвалом донесшимся из низов: «Р-рота, подъём!» Секунд пять было тихо, потом из люков стали выпрыгивать бойцы, одетые по форме номер два – то есть берцы, камуфляжные брюки, голый торс, бандана.

После захвата островов рота как-то без особого распоряжения перешла на полевую форму одежды. Последним на палубу выбрался Александр Петрович Агапеев. В отличие от ребят, он был в галифе и гимнастерке. Вот уже третий день господин полковник стойко перенимал опыт армии двадцать первого века, упорно деля с нами все занятия и тренировки. И если в среднем хроноаборигены были и закаленней, и физически крепче наших современников, то на фоне моих парней они откровенно меркли. Не хватало элементарной подготовки. Без команды парни повзводно построились на палубе. Я сохранил структуру, которая сложилась на момент захвата островов. Три взвода из четырех отделений и спецгруппа усиления под моим личным командованием. Все равно для четвертого взвода, который до присоединения к нам лейтенанта Буткова с «Быстрого» был третьим, не было командира – ну не получился из старшины взводный. Короткая команда – и парни с гиканьем спускаются по сброшенным с борта канатам в пришвартованные внизу трофейные шлюпки, и я вместе с командирами – вслед за ними. Полковник Агапеев, по причине недостаточной подготовки, пока спускается по шторм-трапу. Шлюпок всего десять, по числу отделений, и половина из них – это первый взвод и одно отделение усиления, достигают берега в несколько гребков. Остальные гребут вдоль берега, там примерно через четыре мили есть небольшой причал.