Птичка в академии, или Магистры тоже плачут 2

— А дальше?

— Что «а дальше»?

— Ты сказала, что в ближайшие полгода такого способа нет — значит, к примеру, через год он будет?

— Будет, — кивнула подруга. — Мы можем отправиться в Пустошь как кураторы летней практики четверокурсников. Но в таком случае ты обязана будешь взять с собой всю доверенную тебе группу. Потому что отлучаться от нее тебе будет нельзя. Как думаешь, после такого опасного путешествия многие вернутся в академию?

Я сглотнула. Вот уж кого пускать вглубь Пустоши я не хотела, так это своих адептов.

Если хоть кто-то из них пострадает, я себе этого никогда не прощу. Мне только интересно, почему никто не сказал, что летом мне придется курировать практику?

Этот вопрос я задала подруге.

— Потому что тебя туда никто отправлять не собирался. Для этого есть более опытные магистры. В любом случае это не наш вариант. А вот зимние каникулы — да. В Пустоши никогда не бывает снега, а температура не опускается ниже десяти градусов, так что погода не станет препятствием. Нас там ждут другие проблемы и неудобства.

— Лайза еще раз окинула меня взглядом, посмотрела на результаты исследования в приборе и встала со стула, на который села во время нашей беседы. — Все, мне пора к другим пострадавшим. Твоя одежда в шкафчике. И что-то мне подсказывает, что провожатые у тебя найдутся, стоит тебе выйти из лекарского крыла.

— Ты о ком? — удивилась я.

— Знала бы ты, как мне уже надоели твои адепты! — внезапно в сердцах воскликнула Лайза. — Последние сутки я их разве что метлой не отгоняю от палат! Никакие увещевания не помогают!

— Так у них же занятия должны быть! — уже возмутилась и я.

— Вот-вот! Иди и расскажи им о важности обучения и о пропущенном за время их бдений материале.

Внезапно у меня на руках захихикал Ё-ё.

— А они по очереди дежурят. А потом конспекты друг у друга переписывают.

— Но зачем? — Я не могла понять.

— Любовь — она такая, — со знанием дела заявил еж. — Подчас толкает на странные поступки. — Мои брови поползли вверх, и Ё-ё снова захихикал. — Представляете, они поспорили: в чье дежурство ты выйдешь из палаты и кто тебя проводит до комнаты, тот первым и будет просить твоей руки.

— Да тьфу на тебя! — облегченно выдохнула я, не поверив в этот бред. — Все бы тебе шутить.

Но стоило мне выйти из палаты, как я увидела весьма странную картину…

Недалеко от входа в лекарское крыло с букетом цветов, явно надерганных на академической клумбе, стоял Рэй, а напротив, сверля его взглядом, — Марсель. Причем Рэй и не думал как-то отступать.