Птичка в академии, или Магистры тоже плачут 2

Что я и сделала. Только это не помогло.

— Плохо замела следы? — выгнула бровь Жозефина.

— Нет, — покачала головой Дизере. — Внимания к Эйлин я не привлекла. Но тогда я даже не догадывалась, что она и без меня может попасть в самое опасное для нее место — во дворец.

Сидевший рядом со мной Марсель так ощутимо подобрался, что все обратили на него внимание.

— Я могу услышать подробности? — спросил он.

***

Марсель эль Лавалье

Собрание-совет продлилось еще около часа. А потом Марсель и Эйлин отправились к себе в комнаты, чтобы собраться в дорогу.

— Я не понимаю, к чему такая спешка? — хмурился Даниэль, глядя, как друг собирает походный рюкзак.

— Похоже, арахниды собирались сегодня окончательно обострить конфликт с фениксами и при помощи недовольных из других родов древних напасть на земли людей. У них самих еще не так много сил. Но Дизере спутала их планы, а наместница назначила суд иерархов, дав нам неделю, чтобы сделать хоть что-то, — пояснил ему Марсель, разглядывая артефакты, которые ему вручили после смерти Маргены.

— А почему она не дала больше времени? Что такое неделя в сложившихся обстоятельствах? — продолжал возмущаться Даниэль.

Такая экспрессивность была ему несвойственна, и Марсель с удивлением на него покосился.

— Потому что у суда иерархов есть регламент. И неделя — это тот максимум, на который суд можно отсрочить. С другой стороны, если бы времени было больше, то арахниды вполне могли бы воспользоваться им, чтобы убедить сомневающихся выступить на их стороне, не дожидаясь суда.

— А что вы собираетесь делать в людских землях? Если расскажешь все как есть, тебе не поверят."

"— Даниэль, источник Дизере заявляет, что где-то очень высоко, почти у трона, засел кто-то из родни Патриарха.

— Это невозможно, — покачал головой Даниэль, будто отметая саму мысль об этом. — Ты же сам говорил, что во дворце установлены артефакты, которые настроены на обнаружение древних.

Марсель вздохнул и взял из кучки амулетов цепочку с кулоном.

— Наши артефакты такие же устаревшие, как и наши представления о возможностях арахнидов.