Проводник Хаоса. Книга 11 (СИ)

Прямо под открытым небом развернулся полевой лагерь.

«Похоже, я был прав, — подумал Игнат. — Их бомбили. Хоть портал и защитили, но радиус щита не смог спасти всех».

Он наблюдал, пока они вместе с Привратником проходили мимо стихийно возникшего полевого госпиталя. Правда, никаких санитаров здесь не было. Хаоситы лежали на дорожном покрытии, предоставленные сами себе. Все они имели свои методы для лечения.

Наконец, стало понятно, что Привратник ведет его к центру лагеря. Здесь был расположен шатер. Именно из него вверх столбом изливался мощный поток энергии, который и держал исполинский щит.

Стоявшие у входа два стражника метауровня в черной броне разошлись в стороны, пропуская их.

Большой шатер изнутри оказался рабочим кабинетом необычного вида. Везде стояли странные устройства — от машин явно технологического происхождения до каких-то магических артефактов. Сам Хозяин Перекрестка обнаружился в центре, замерший в медитационной позе. Он и удерживал щит.

Игнат внимательно оглядел это существо неизмеримой силы.

«Подойдите оба», — мыслеречь коснулась разума Игната.

Землянин и ксенос подошли ближе к Хозяину Перекрестка. Тот сидел на черной, как сам космос, каменной плите. Совсем рядом в воздухе висело то самое копье, что пробило щит над городом — артефакт невообразимой мощи.

Игнату было не до разглядывания артефактов. Сейчас он полностью сконцентрировался на своем ментальном состоянии.

В следующий момент землянин ощутил внимание Хозяина Перекрестка. Ощущение не было тягостным, но и приятным его назвать было нельзя.

«Я вижу, ты не ранен, — после паузы обратился к нему ксенос. — В очередной раз я убеждаюсь, что Хаос хранит тебя. Это очень хорошо. Ты определенно подходишь для будущей миссии».

Игнат бы поспорил, настаивая, что главная причина его выживания — это он сам, а не Хаос. Однако среди хаоситов бытовало особое суеверие о Проводниках, спорить с которым не имело смысла. Куда больше мужчину заинтересовали слова о некой миссии.

«Ощущаю твоё любопытство, — кивнул Хозяин Перекрестка. — Сейчас я все объясню».

Слушая его мыслеречь, Игнат ощущал отстраненность ксеноса. Часть его разума была поглощена поддержанием щита.