Проверка боем

Показать мир, в котором людей ценят по уму и способностям, по труду, а не по праву рождения и заслугам предков.

Сергей с сожалением взглянул на опустевший заварочный чайник, только здесь, в предгорьях Копетдага, он пристрастился к геокчаю, прочувствовал его. Хотя еще в Петербурге отец давал попробовать зеленый чай, но дети стремились подражать Кожину-старшему, употреблявшему исключительно крепчайший черный чай, называя его странно – «чифир». Мысли об отце вновь напомнили парню о дисциплине, он взглянул на свои наручные часы, так и есть – пять минут до сеанса связи.

Быстро заработали руки, извлекая передатчик из тайника, набрасывая антенну на установленные распорки. Спустя пять минут позывные «Ветер» полетели в эфир, чтобы получить отзыв «Скала». Затем поручик внешней разведки Кожин дважды повторил кодовые фразы о переданном оружии, услышал кодовый отзыв, неторопливо собрал передатчик. До времени прибытия последнего каравана огнепоклонников за оружием оставались считаные дни."

"– Еще передают из Рима, великий государь… – Дьяк поправил на носу новомодные очки, вопросительно взглянул на Иоанна Пятого.

Не увидев реакции, продолжил: – Давеча ночью весь Ватикан полыхнул пламенем и сгорел. Все дома и людишки в них, включая самого папу римского и десять кардиналов, погибли. Огонь был таким сильным, что жилье папы римского и казначейство католической церкви уничтожены полностью. Даже камни, из коих выложены дома, оплавились напрочь. Иные же церкви и строения только выгорели, сами стены остались на месте. Народишко римский бает, что видели перст Божий над Ватиканом, а пострадали католики за мздоимство и разврат.

– Давно о том говорят наши патриархи, – поднялся с места дремавший там Борис Годунов, оставшийся почетным советником молодого царя. – Истинно разврат и непотребство у кафоликов левославных творится. Давно пора объявить им анафему по всему миру, чтобы добрых христиан с пути истинного не сбивали.

– Воевода астраханский по радио передал, будто явились к нему людишки кочевые, калмыками называемые.

Избивают их с юга турки, с севера казаки яицкие и донские. Просятся те людишки под руку царя православного, ясак обещают баранами и конями добрыми давать. Жить обещают мирно, кочевать.

– Веры какой калмыки эти? Поди, басурмане поганые, надо гнать от пределов наших. Башкир своих хватает, – опять подал голос Годунов, к старости ставший исключительно набожным: все свои грехи замаливал да сына болезного пытался вылечить.