Противотанкист. Диверсанты. Книга 8

— Настя, выпиши этому шантажисту всё, что требуется, а я подпишу. — Поднялся из-за стола «военврач», доставая из кармана коробку «Казбека».

Получив нужные бумажки, я свалил подальше от начальства, но пошёл не на кухню, а в медпункт. Где попроведал раненых, а заодно пообщался с фельдшером.

— Как там дела у ваших пациентов, оклемаются скоро, когда в строй встанут, Антон Архипович? — поинтересовался я.

— Оклемались уже. Но недельки две им полечиться придётся, ещё неделя уйдёт на реабилитацию. — Ответил фельдшер.

— Досадно.

Но раз такое дело, ничего не попишешь, пускай лечатся. — Согласился я. — А хлопцы как погибли? Я имею ввиду смертельные раны. — Задал я главный вопрос, из-за чего и пришёл."

"— Трудно сказать. — Задумался фельдшер. — Тела искалечены сильно. Но повесили их уже мёртвыми. У Максима Захарова множественные осколочные и пулевое ранения. У Петра пулевое ранение в голову. У Павла прострелена грудь, причём во многих местах. Какое из этих ранений смертельное, я не скажу, вскрытие не проводил, только поверхностный осмотр.

Тела всех троих исколоты широкими штыками, а добивали раненых или глумились уже после смерти, с уверенностью сказать не могу. — Коротко доложил Архипыч.

— Значит не соврал фриц. — Подумал я.

— А вы это о чём, товарищ командир? — Услышал мои размышления эскулап.

— Да так, мысли вслух. — Тряхнул я головой, отгоняя печальные размышления. — Ты вот что, Архипыч, нужно провести с бойцами отряда ликбез по оказанию первой помощи. Самых толковых определить в нештатные санитары и провести с ними дополнительные занятия.

А ещё подумай над тем, чтобы для каждого индивидуальную походную аптечку собрать, чтобы там не только пакет перевязочный был, но и косынка для жгута, плюс из медикаментов что-нибудь. — Озадачил я «Айболита».

— Понял, занятия проведу, насчёт аптечек тоже что-нибудь порешаю. — Задумался старый полевой врач.

— Бывай, Архипыч. Не буду больше мешать. — Откланялся я, пожав руку фельдшеру.

Хоронили погибших в полдень. В закрытых гробах, с отданием воинских почестей — троекратным салютом.

Без небольшого митинга не обошлось, длинную речь задвинул старший из приехавших партийцев, из наших коротко высказались только те, кто захотел или смог. Но все поклялись отомстить. На поминальном обеде в этот раз никто не засиживался. Служба и боевая работа не ждали. Так что я известил командира и отправился доставлять «посылку» в штаб армии.

Задумал я это не с бухты-барахты, а с конкретной целью — заиметь нужные связи в штабе армии.