Просто он работает волшебником

 – Может, все‑таки хочет мне насолить?

– Мама, конечно, ей нравится! Ей уже двадцать один год, она дипломированный специалист, и вместе с ровесниками она занята любимым делом!

– Знаю я, каким делом она занята с ровесниками! Гулянки одни у нее в голове, а то и еще что похуже! Я не вчера родилась, телевизор смотрю! – нахмурилась мать."

"– Мама, не думай о своей дочери так плохо. Маша – умная девочка и все понимает. Вам надо научиться друг друга слышать и уважать!

– Она тебя больше любит, – задумчиво проговорила Александра Ильинична, – хотя это закономерно.

– Тебя она тоже любит, успокойся, – заверила мать Мирабелла, уплетая яичницу за обе щеки. Пакет с пельменями она положила на стол.

Александра Ильинична убрала его обратно в морозильную камеру.

– Я ведь тоже плачу по ночам, понимаю, что я тебе жизнь сломала, родила Машу и повесила ее на тебя, а ведь ты об этом не просила, но я и слова упрека от тебя не услышала.

– Мама, прекрати! Я взрослая самостоятельная женщина, и у меня все хорошо! Вы с ума, что ли, все посходили? Друг друга обвиняете в моей испорченной жизни, только меня забыли спросить, что я‑то думаю по этому поводу.

– А кто еще? – заинтересовалась Александра Ильинична.

– Маша!

– А, значит, она не всю еще совесть прогуляла! Тоже поняла, что повисла на тебе камнем! – покачала головой пожилая женщина.

– Мама, никогда не говори так о Маше! – строго потребовала Мирабелла.

– Хорошо-хорошо! Защищаешь ее… Я, значит, плохая. Сдаюсь! – махнула полотенцем мать.

– Обе вы хорошие, – отпила глоток свежесваренного кофе Белла и зажмурилась от удовольствия. – Вкусный ты кофе купила.

– Тот, что ты и просила, – карамель со сливками, позволила себе в дорогом магазине купить, – ответила мама, – кормилица ты наша!

Мирабелла открыла глаза и вдруг ощутила себя абсолютно счастливым человеком, увидев лицо матери.

– Мама, почему у тебя на халате второй карман из другой ткани? – спросила она.