Прости меня, если сможешь

Им, видишь ли, не терпелось пересудить ее правильно!

— У вас там всё в порядке? — переполошился друг, не иначе, представивший, что с ним сделает Камилла, если из-за его затеи с темной пострадаю я.

— Всё в порядке, никто не пострадал, темную я напоил успокоительным — выпила и спит, — я поспешил его успокоить, пока он не поднял по тревоге и не отправил к моему порогу магический спецназ. — Но, в связи с этим, у меня к тебе несколько вопросов! Скажи, в твоем ведомстве хоть кто-нибудь думает на пару шагов вперед?

— Мал, ради всего святого, прости — журналисты освещают каждый такой процесс в плановом режиме, мы и так уже запретили им оглашать имена поручителей, урезали аккредитацию до самых лояльных изданий — теперь, по крайней мере, они тонны грязи на нас и на освобожденных не льют, но мы не можем еще и требовать не печатать портретов подсудимых! Черт, я попробую как-то это уладить, не хватало еще подобных инцидентов, как будто без того проблем мало…

— И это было только «во-первых», — вкрадчиво перебил я встревоженное бормотание Тома.

— Милую девушку, приятную во всех отношениях, — настороженность просто сочилась из трубки вместе с голосом Тома.

— Угу, мечтай. Скажи-ка, сколько собственной крови нужно магу-на-крови, чтобы взломать твои браслеты?

— Их вообще не взломать, — растерялся Томас. Ни на крови, ни как-нибудь иначе — все, накопленное магом-носителем, уйдет на усиление блокирующих плетений."

"— О, вон оно что! Тогда как ты объяснишь два продольных пореза от подмышки до нижних ребер, глубиной около двух миллиметров, у одной милой, приятной во всех отношениях темной?!

Сдавленные ругательства, которые Томас прошипел сквозь зубы, пролились бальзамом на мое сердце.

— Я озадачу ребят из отдела разработок, — обреченно пообещал Грин. — Но, Мэтт, не паникуй, ладно'? Она теоретик. Далеко не факт. Что она сумела бы выполнить задуманное. Теория и практика порой существенно расходятся. Да в конце концов — отнюдь не факт, что у нее бы банально хватило духу такое сотворить!

— У нее хватило духу самой себя порезать, — напомнил я другу очевидный факт.

— Сестричку Дэвида Миллса, — буркнул друг — Выходит, мисс Миллс, в случае нужды, способна постоять за честь семьи и подтвердить ее громкую славу…

— Томас, заткнись. И скажи мне, что мне делать с этой девицей — которой, если ты помнишь, ты обещал быстренько найти другого поручителя.