Прости, я тебе изменил (СИ)

— А за что? За что ты любишь меня? — спросил он хрипловато.

Губы ее изогнулись в застенчивой улыбке, краска прилила к лицу."

"Даже спустя столько времени она стеснялась Макара. Смущалась его взгляда, в котором таилось совершенно примитивное желание. Взгляда дикаря. Варвара, способного брать с болью, но с особым наслаждением.

Тем не менее с Алёной он был всегда чуток и нежен. Относился бережно, как к цветку хрупкому.

А все потому что не был он собой с ней. Сдерживал себя во многом. Загонял в рамки жесткие.

Даже в сексе.

Со временем такая сдержанность начала тяготить Макара.

Крайне непросто обуздать в себе зверя во время секса, когда он всячески напоминает о себе. Наружу просится.

Это — одна из причин, по которой он и решился на откровенный разговор. Одна, но далеко не самая главная.

— Я люблю тебя за твою доброту. За то, что ты помогаешь больным деткам в фонде. За ласку, которую ты мне даришь изо дня в день. За твое чуткое сердце и улыбку, сводящую меня с ума, — перечисляла Алёна с вдохновенным видом, прикрываясь волнующей дрожью, с любовью глядя на него, практически тая.

Утопая в серо-зеленом океане его глаз. — Я люблю тебя всего, и конечно же я просто обожаю твои кучеряшки, — зарылась она пальцами в его волнистых волосах, отчего Макар в блаженстве сомкнул веки. Задышал тяжело, порывисто.

Невероятные ощущения и слова приятные, но они не ему предназначены будто бы.

Макар оставил нежный поцелуй на губах Алёны, затем еще один. Не смог так просто остановиться. Углубил поцелуй, скользнув языком по зубам Али.

Обрушился на сладкие губы, посчитав, что этот поцелуй может стать последним. Настолько внезапно и с неистовым натиском, что от всего этого у Алёны голова пошла кругом. Жар внутри нарастал, пока требовательные губы Макара властно сминали ее. Жадно. Развязно. С сшибающим напором и ненасытностью. Пока грубые его ладони в беспорядочной траектории гуляли по всей ее спине, до сладкой боли сжимали бедра. От столь жарких поцелуев Алёна пришла в замешательство. Макар вынуждал ее плавиться как воск. Неосознанно вонзаясь ногтями в крепкие плечи. Чувствуя, как с каждой секундой рос градус в комнате. Равно как и желание росло внутри них обоих. Но желания эти были разными. Одно — дикое, жгучее, неукротимое и безудержное. Другое — робкое, нежное и до того банальное.

— Аль, мне нужно тебе кое-что сказать... — сбивчиво произнес Макар между поцелуями, крепко обхватив девичьи ягодицы, врезавшись в ее зад возбужденной плотью.