Пропущенный вызов

Та работала всего третий месяц и ничего не знала, но быстро собрала консилиум из нянечек, и буквально через пятнадцать минут Лизе стало известно имя тайной возлюбленной Крашенинникова, а когда она увидела фотографию Ларисы Лаврентьевны Евсеевой на доске почета, висящей тут же в холле, все сомнения рассеялись. Оказывается, Марина обладала даром точных определений, женщина с тонкой шеей, чуть обвисшими щеками и в больших очках действительно оказалась похожа на черепаху.

Старушка из справочной позвонила Евсеевой по местному телефону, и через несколько минут та спустилась в холл.

– О Крашенинникове? – переспросила она недовольно. – Вряд ли я могу вам что-то рассказать. Да и зачем ворошить прошлое? Насколько мне известно, Валентин Иванович погиб от рук сумасшедшего.

Лиза кивнула, с неудовольствием думая, в какой невыгодной позиции оказалась. Они стоят в холле, у всех на виду, сейчас Евсеева развернется и уйдет, не удерживать же ее силой! Поэтому она рассказала Ларисе Лаврентьевне про фотографию.

Женщина не смягчилась, но как-то погрустнела, и, прошипев: «Вы все равно станете копать, так лучше я сама расскажу», – повела Лизу мимо поста охраны.

Табличка на дверях ее кабинета гласила, что Евсеева является кандидатом наук и доцентом кафедры психиатрии. При мысли, что эта ученая женщина, миловидная, но будто засушенная между страниц какого-нибудь фолианта, вызывала у мужчины столь мощную бурю чувств, что он называл ее именем проститутку, Лиза с трудом подавила усмешку.

– Да, у нас был роман, – сказала Евсеева несколько с вызовом, – но какое это имеет отношение к смерти Крашенинникова? Мы расстались двадцать лет назад, когда его убийца еще не родился.

– Почему вы разошлись? Простите за бесцеремонность, но если он столько лет хранил ваш портрет…

– А по-вашему, все отношения заканчиваются свадьбой? Тысячи пар сходятся и расстаются, сами не зная, зачем да почему, и никому это не интересно, но стоит только кому-то умереть насильственной смертью, сразу начинаются поиски каких-то тайн!

Лариса взяла шариковую ручку и стала быстро вертеть ее в пальцах.

– Я вас ни в чем не подозреваю…

– Ну слава богу! Валентина убил тяжелый шизофреник, вот и все. Наше психиатрическое сообщество хотело выжать какие-то дивиденды из этого случая, но ничего не вышло. Смерть от руки психически больного – это все равно что гибель в результате стихийного бедствия.