Элли и Звери

Трачу время на перевязку у щиколоток.

Подъезжает машина, бухаюсь на заднее сиденье и еду к общаге.

Времени на поубиваться о несправедливости судьбы и о том, что меня тут обидели и шлюхой назвали, нет.

Надо сгонять на пары, потом , к шести вечера, на СТО, спросить Геннадьевича.

Короче, дел – вагон.

Есть о чем думать, помимо Зверят и их ко мне отношения.

Которого я, в принципе, заслуживаю.

Ну что, Элли?

Расслабилась. Кайфанула. Прослыла шлюхой на весь город. Косяк.

Но это не значит, что я опущу руки и буду плыть по течению.

И , особенно , в лапы двоих наглых, но еще очень маленьких щенят с молочными зубками.

32. Рабочие будни. Учебные будни.

- Слушай, нафига ты пришла, а? Ты же сидеть спокойно не можешь!

Я ворчу на бледную Татку, думая, что сама-то выгляжу нисколько не лучше. Но хоть не еложу по стулу, как будто мне туда соли насыпали. Вот когда поневоле опыту возрадуешься.

А ее мне прямо и жаль.

Похоже, босс мой, Сергей, мать его, Юрьевич – тот еще зверюга. Не поберег девочку.

- Да я не могу там находиться, понимаешь? Надо хоть как-то отвлечься… - бурчит Татка, покраснев, стреляет по сторонам внимательным взглядом, опасаясь, что нас услышат.

- Ну вот тебя сейчас Бургер и отвлечёт, по полной, - язвлю я, наблюдая, как препод заходит в кабинет. И вид у него сегодня чего-то на редкость кровожадный.

Не иначе, на перемене с кем-нибудь гендерные вопросы не дообсудил. Проще говоря, не успел высказаться на тему , что все бабы – дуры. Теперь тут, на нас, добирать будет.

На время пары мы выпадаем из общения, потому что чревато, а после тоже особо не удается поговорить.

Потому что Татка у нас, оказывается, звезда ютуба.

Я мелочно радуюсь, что не я, хоть папаша зверят с утра чего-то такое говорил…

Вместе смотрим ролики, где она поет. Реально звезда. Очень красиво. Меня еще в клубе цепануло. До слез. А теперь опять.

Кстати, сцена , как ее Сергей Юрьевич на руках практически выносит, тоже в топчике.

И, оказывается, у нас не все в группе в курсе, кто такой Сергей. Удивляются, когда она говорит, что брат.

Осторожно не комментируют степень родства и уровень уместности его лапы на талии ( будем это талией называть) сестренки.

Татка это чувствует, дрожит, кривится.

И вообще на себя не похожа. Не та это Татка, что так рьяно опекала меня в первые дни учебы! Нет в ней дерзости, отчаянного веселья.

Мне эта новая, испуганная, не понимающая, что происходит, Татка не нравится.

Поэтому я, забив на свои проблемы, начинаю разбираться с ней.