Элли и Звери

Я строю саму невинность, почему-то на алкогольные пары и легкий стресс от бешеного дня это ложится сплошным удовольствием.

Караоке, оно же – кальян-бар, а вдобавок еще клуб, неподалеку. Народу полно, все веселые, и, в основном, наши ровесники.

Мы моментально начинаем танцевать. Потом что-то пьем, болтаем.

А потом Татка поет.

И делает она это так, что у меня реально сердце бьется, как бешеное.

У нее талант. Она поет на сцене, глаза закрыты, и песню, медляк, кажется, от Ланы дел Рей, несмотря на сложность, вытягивает, да еще так, что мурашки по коже.

Я замираю.

Смотрю, не отрываясь, не замечая ничего вокруг. Голос Татки буквально взлетает над толпой, так же, как и я, завороженной происходящим.

Лицо ее, с закрытыми глазами, невероятно красивое, настолько волшебное, словно в другое измерение попадаешь.

А потом она открывает глаза. И смотрит в сторону входа. Не отрываясь.

Слезы текут по щекам.

Я разворачиваюсь. И вижу Сергея. Он стоит с самого края танцпола, на котором люди уже телефоны выставили, создавая дополнительную подсветку.

Но Татка никого не замечает. Только его видит. И он только ее. И от этой сцены буквально перехватывает дыхание. Я сглатываю неожиданно выступившие слезы, делаю шаг назад, упираясь во что-то. В кого-то.

И этот кто-то меня обхватывает. И держит.

И рот зажимает жесткой ладонью.

27. Наказание строптивой. Зверята.

Ромка и не помнит, когда в последний раз так злился. Хотя, нет! Помнит! И не особо давно, кстати! И, самое главное, все по тому же бл*дскому поводу! Котена!

Вот не было у них, веселых свободных парней, печали, так нашли!

Злость не отпускает с того самого момента, как они с братом услышали неосторожную, возмущенную фразу Элли, из которой уловили в основном, «Сергей» и «спать».

Он тогда глянул на Димаса, оценил степень охерения, понял, что сам выглядит не лучше…

И разозлился.

Ну и наделал делов, естественно. Как же без этого?

Во-первых, они наехали на Котену.

Прекрасно зная, что делать этого не стоит. Нельзя. Она у них такая… Своеобразная. Непредсказуемая.

Там, где любая другая начала бы объяснять ситуацию и , возможно, уверять в том, что им послышалось, Элли, наоборот, оскалилась, зашипела кошечкой, выпустила коготки, полоснула прямо по сердцу злыми словами.

И сбежала, вильнув хвостиком темных волос.

Они, естественно, кинулись догонять.

И вот каким-то образом не догнали!!!"

"Еще один, бляха муха, повод для злости!

Сбежала, хитрая, наглая, поверившая в себя коза! Это добавило злости, удесятерив азарт.