Прокурор бросает вызов. Прокурор рисует круг. Прокурор разбивает яйцо

В приемной горел свет, и Селби, бросив взгляд на лежавший за окном неуютный закопченный полумрак, протянул руку и, щелкнув выключателем, зажег лампочку в своем кабинете.

— Что в почте? — спросил он. — Есть что-нибудь важное?

— Ничего особенного, — сказала она. — Вас дожидается Росс Блэйн.

— Блэйн? — повторил Селби, наморщив лоб и силясь вспомнить.

— Молодой человек, подделавший чек финансовой компании Мэдисон-Сити, — подсказала она.

— Ах да, — произнес Селби. Он снял трубку со стоявшего на столе телефона и обратился к оператору: — Посмотрите, у себя ли Рекс Брэндон, хорошо? — И минуту спустя, услышав в аппарате голос шерифа, продолжил: — Рекс, это Дуг Селби.

— Сейчас иду, — сказал Брэндон.

— Спасибо, Рекс. Прямо в кабинет, дверь я оставлю открытой. — Селби повесил трубку и повернулся к секретарше: — Когда я нажму вызов, можете впустить Блэйна ко мне.

Секретарша вернулась в приемную, и Селби быстро пробежал глазами стопку корреспонденции. Заслышав в коридоре шаги Рекса Брэндона, он подошел к двери и отпер ее.

Шериф был на двадцать пять лет старше Селби. В волосах его местами уже пробивалась седина. Его лицо было покрыто загаром цвета выдубленой кожи, ноги слегка выгнуты годами, проведенными в седле, но походка была упругой и энергичной.

— Холодновато, Дуг, ты не находишь?

— Еще как, — ответил Селби. — Прошлой ночью не знал, чем бы еще укрыться, — и, взглянув на въевшуюся в ладони копоть, добавил: — Похоже, раньше четвертого июля[1] отмыться теперь не удастся.

Опустившись в кресло, Рекс Брэндон вытащил из кармана матерчатый кисет с пачкой коричневой папиросной бумаги.

— Что ты намерен делать с этим повесой Блэйном, Дуг?

Селби провел длинными тонкими пальцами по своим волосам.

— Я? Нет, это как раз ты что собираешься с ним делать, Рекс? — возразил он.

— В мои времена, — сказал шериф, — сопляка, подделавшего чек, отправляли в тюрьму. Впрочем, таких сопляков было немного.

Взгляд Селби переместился с шерифа на задымленное окно.

— С тех пор многое переменилось, Рекс, — произнес он.