Проклятый Лекарь. Род II

Сердце бешено застучало, а мышцы, которые еще нормально даже не функционируют, пришли в тонус.

— Не понимаешь, в какую ситуацию ты попал? Что ты сделал для империи, мальчишка? — выплюнул Громов."

"— Предлагаю перейти к сути! Нет, мы, конечно, можем еще немного поразвлекаться. Вы будете задавать пространственные вопросы, а я — давать такие же ответы. Пока думаете, я или сломаюсь, или в чем-то признаюсь. Поэтому советую сэкономить время и сразу перейти к делу. Знаете, у меня, как и у вас, много насущных проблем, — ответил я с улыбкой.

Видимо, голос разума — это моветон (дурной тон по-французски), что-то меня потянуло на другие языки. Может, виной том тело, вытянутое от ударов электрическим током? Или попытка лишить меня воздуха? Или все сразу?

Великий князь решил попробовать убедить меня в сложности ситуации и в том, насколько нужно волноваться и переживать о моей насущной проблеме. Но кроме того, что моя кожа стала немного дымиться, а от отсутствия кислорода я пару раз терял сознание и меня окатывали водой, чтобы пришел в себя, Громов больше не добился.

— Ну что, готов говорить? — сказал он, немного запыхавшись. И не потому, что я весь такой сильный. Просто ему приходится сильно контролировать свою магию, чтобы разом не прихлопнуть. Им необходим диалог и желательно мое согласие, а не зажаренное мясо. Хотя кто поймет этих аристократов?

— Великий князь, давайте мы все-таки перейдем к сути. Я же не спорю с вами, просто до сих пор не понял мотивов и что вы хотите, а без этого конструктивную беседу выстроить крайне сложно.

— Мальчишка… Из-за твоей оплошности вся империя на ушах. Какой-то там барон обесчестил саму герцогиню Анастасию Вельнор! Дипломатическая миссия штурмует императора, при дворе не знают, к чему готовиться — к войне или… к войне.

— Аха-ха-аха, — не выдержал я. — А теперь послушайте вы. Ведь вам, скорее всего, потребуется время подумать после того, что услышите. Потом придется извиниться, а после — уговаривать меня. И поверьте, я попрошу много, потом еще больше, вам потребуется еще время. И все, что я пожелаю, — вы дадите, — сказал я уж слишком уверенно.